С момента выхода первого издания этой книги прошло шесть лет. За эти годы подростковая психиатрия как особая область получила широко - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
С момента выхода первого издания этой книги прошло шесть лет. За эти годы подростковая - страница №20/21


Истероидный синдром. Встречается чаще у подростков женского пола и при наличии истероидной акцентуации в преморбиде. С началом заболевания такие истероидные черты, как стремление обратить на себя внимание, претенциозность, театральность, лживость и склонность к украшающим фантазиям, приобретают грубый, гротескный, даже нелепый, вычурный характер.

Если психопаты истероидного типа отличаются артистизмом, то поведение при истероидном синдроме напоминает игру плохого актера, даже злую карикатуру на истероидную личность. Манерой вести себя и одеваться такие подростки вызывают у сверстников не интерес и любопытство, а презрение и насмешки.

Вместо эмоциональной выразительности – грубое кривляние: позы, жесты, интонации голоса отличаются фальшивой наигранностью. В холодности к близким больше бездушия, чем эгоизма.

Отсутствует лабильность истерических симптомов, нет изменчивости поведения с тонким чутьем ситуации. Наоборот, истерические проявления в поведении приобретают характер стереотипного штампа. При этом могут включаться элементы синдрома неустойчивого поведения. Однако в асоциальных группах такие подростки долго не удерживаются.


Сергей Ф., 15 лет. Сведении об отягощающей, наследственности нет, беременность и роды без патологии. С детства был капризен, склонен к протестным реакциям. До 14 лет учился хорошо, окончил 8 классов и был принят в математическую школу. Здесь оказался среди учеников, более способных, чем он. Сразу с товарищами и учителями установились конфликтные отношения. Заявил, что математика ему не правится и что он будет философом, на уроках демонстративно стал читать труды по философии, вызывая насмешки товарищей. Одновременно появилось беспричинное негативное отношение к родным. Бросил школу и пошел работать учеником слесаря, чтобы «начать с рабочего класса». Вскоре бросил и работу, заявив, что «кругом только пьяницы и подонки». Несколько месяцев ничего не делал – не учился, не работал, растерял всех прежних приятелей, днями валялся в постели, читая все, что попадалось под руку, – от «Экономики США» до «Педагогики» Ушинского. При осмотре психиатром обнаружил претенциозность, с театральной манерой говорил, что «тяготится толпой», что вокруг него «духовная стена», он – всюду «чужой». Проходил лечение в дневном стационаре при психоневрологическом диспансере (трифтазин, аминазин). После выписки явился в диспансер и заявил, что он «все симулировал», что же именно симулировал – объяснить не мог. Пытался работать на неквалифицированных работах, но быстро бросал. Фактически порвал всякий контакт с родными, «жил сам по себе».

В подростковой психиатрической клинике держится с театральной надменностью, пренебрежителен к сверстникам, но охотно беседует с врачами. Во время бесед претенциозен, склонен к пышным театральным жестам и позам. Заявил, что «порвал духовную связь с родными, чтобы стать самостоятельным человеком». Мечтает сделаться литературным критиком, «как Стасов, чтобы собирать и выдвигать талантливую молодежь». Перечисляет длинный список прочитанных книг, но содержание пересказывает крайне сумбурно, не улавливая основной фабулы и ведущей идеи. Демонстративно клеймил «систему здравоохранения», которая «пришила ему клеймо шизофрении». Признался, что недавно ему «пришло озарение» что в будущем он сможет стать писателем – потому уже придумал себе псевдоним (в виде искаженной собственной фамилии) Однако все эти высказывания не носили бредового характера (сразу же оговаривался, что он еще не писатель, а только мечтает им стать и т.п.), никакой отчетливой продуктивной симптоматики не обнаруживал.

Физическое развитие по возрасту. Были отмечены легкие признаки тиреотоксикоза (легкий экзофтальм, тахикардия, повышенная потливость). При неврологическом осмотре и на ЭЭГ – без существенных отклонений.

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки несмотря на негативное отношение к обследованию, диагностирован истероидный тип с наличием признака, оказывающего на возможнее психопатизацию. Конформность средняя, реакция эмансипации умеренная, склонности к делинквентности не отмечено, но установлена психологическая склонность к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка неверная: резко выделяются черты конформного типа, достоверно отвергаемых черт не выявлено.

Диагноз: Вялотекущая шизофрения. Психопатоподобная форма. Истероидный синдром.

Катамнез через 5 лет. За этот период дважды был госпитализирован в психиатрическую больницу на один два месяца в связи с тем что бросал работу, досаждал окружающим разглагольствованиями о смысле жизни, о необходимости перестроить общественный строй, заявлял, что пишет книгу о себе, конфликтовал с родными. В больнице обнаруживал нелепую претенциозность, утрированную развязность, витиеватость мышления. Под влиянием течения трифтазином и аминазином становился более собранным, после выписки вновь начинал работать на неквалифицированных работах. Умеренно алкоголизируется, говорил что легкое опьянение дает ему «внутреннюю свободу и раскованность».
Особенности суицидального поведения. Частота суицидных тенденций при психопатоподобной шизофрении у подростков (41%) близка к таковой при психопатиях и акцентуациях, потребовавших госпитализации (34%) Однако характер суицидального поведения совершенно иной. При психопатоподобной шизофрении дело чаще всего ограничивается суицидными мыслями, но никаких действии не предпринимается. Далеко не всегда больные высказывают кому-нибудь эти мысли, часто даже упорно таят их про себя и признаются лишь впоследствии. Какие-либо действия имели место менее чем в половине случаев где удалось выявить суицидные мысли. И даже тогда, когда попытки совершаются или намерения как-то проявляются, в самом суицидальном поведении обнаруживаются черты амбивалентности. Вследствие этого в определенные моменты больные могут балансировать на грани суицида. Зачастую эти моменты остаются неизвестными окружающим, и все выясняется только впоследствии, когда под влиянием лечения больной становится более откровенным. Один из подростков признался, что за несколько месяцев до поступления в больницу, раздумывая над смыслом жизни, решил покончить с собой, так как смысл ему казался не ясен. Дома никого не было. Он открыл окно, влез на подоконник и готов быт уже броситься с шестого этажа, как в голову пришла мысль, что он «не обдумал смысла смерти». В рассказе его не было никакой истероидной рисовки, признавшись в этом поступке, он спохватился – не отсрочило бы это выписку из больницы.

Другой особенностью суицидального поведения является стремление загадывать судьбу, вручать жизнь делу случая. Например, подросток на станции метро ждал подходящего поезда – если в этот момент на табло времени будет четная цифра минут, он бросится на рельсы, если нечетная – нет.

Наконец, некоторые суицидные попытки поражают бессмысленной, жестокостью. Один 17-летний подросток пытался совершить суицид, поставив себе на горло ножку тяжелого буфета. Другой, полураздетый, лег в снежный сугроб, чтобы «замерзнуть», третий – пробовал подключить себя к электрической сети.

Иногда суицидные высказывания могут казаться грубо демонстративными. Например, подросток у товарищей по школе просил достать ему цианистый калий. Никаких ситуативных поводов для подобной демонстрации выявить не удалось. Просьба была обусловлена сложной цепью заумных рассуждений.


Психопатоподобные дебюты прогредиентной шизофрении
Подобные психопатоподобные нарушения могут быть приняты за «пубертатные кризы», т.е. за нарушения поведения на фоне акцентуаций характера, за становление психопатий, а также за вялотекущую психопатоподобную шизофрению. Картина психопатоподобных дебютов соответствует синдромам психопатоподобной шизофрении (синдромы нарастающей шизоидизации, неустойчивого поведения, эпилептоидный, истероидный). Со временем происходит трансформация этих синдромов в простую форму прогредиентной шизофрении (особенно синдромов нарастающей шизоидизации и неустойчивого поведения), в параноидную или, реже, в кататоно-гебофреническую формы. Эта трансформация может осуществляться как остро, почти внезапно, так и постепенно, исподволь. В последнем случае указанием на развитие менее благоприятной прогредиентной шизофрении, а не вялотекущей, служат резкое падение активности, быстрое нарастание неряшливости и нечистоплотности, а также нелепые, непонятные для окружающих и необъяснимые для самого больного поступки (импульсивная агрессия или аутоагрессия и др.). О том же свидетельствует продуктивная симптоматика – бред воздействия, метаморфозы, симптомы психического автоматизма, а также галлюцинации.
Психопатоподобный тип ремиссии
Этот тип ремиссии является одним из весьма частых в подростковом возрасте. Картина наступающих изменений личности не укладывается ни в один из типов конституциональных психопатий и даже может отличаться от психопатоподобных синдромов при вялотекущей шизофрении. Нередко наибольшее сходство обнаруживается с органическим дефектом после тяжелых нейроинфекций или нейроинтоксикаций или мозговых травм, перенесенных в раннем онтогенезе, но картина выходит за рамки органической психопатии. Бросается в глаза общее огрубение, включая внешность: отсутствие тонких мимических реакций, «деревянный» без модуляций голос, беззастенчивая вульгарность речи. Утрачиваются также пластичность и грациозность телодвижений. Интересы становятся примитивными – вкусная еда, бездумные легкие развлечения, тяга в асоциальные компании, где такие подростки играют пассивную и подчиненную роль, погоня за модой в одежде без учета особенностей своей внешности и тем более возможностей и путей приобретения. Обычно растормаживается сексуальное влечение: легко вступают в случайные связи, непрестанно ищут новых сексуальных партнеров, обнаруживают сексуальную агрессивность, склонность к перверзиям, особенно к гомосексуализму. Часто начинают интенсивно алкоголизироваться. С родными устанавливаются враждебные отношения: на попытки упорядочить их поведение отвечают бранью, побоями, твердят о своем желании жить отдельно, хотя сами себя не способны обслужить. Уклоняются от учебы, скорее удерживаются на легкой, не требующей никакого напряжения работе. Настоящие увлечения (хобби) отсутствуют или бывают мимолетны.

Таковы особенности различий в подростковом возрасте между психопатиями, с одной стороны, и сходными психопатоподобными расстройствами при шизофрении – с другой. Кратко подытоживая эти различия, можно сказать, что в самых разнообразных и весьма сходных с психопатиями нарушениях поведения при шизофрении вырисовываются, хотя в дебюте и при вялотекущей форме еще и не всегда отчетливо, контуры будущих основных симптомов этого заболевания – эмоционального оскудения, волевых расстройств и нарушений мышления.


Заключение
Если обратиться к истории человечества, то можно увидеть, что временами наступали периоды, когда подрастающее поколение становилось жгучей социальной проблемой.

«Молодежь теперь любит роскошь. У нее плохие манеры. Она презирает авторитет, у нее нет уважения к старшим. Она занимается болтовней, в то время как должна работать. Молодые люди уже не встают, когда входят старшие... Они противоречат своим родителям, пустословят в обществе, заглатывают за столом еду, кладут ногу на ногу и тиранизируют отца и мать» – этим словам уже более двух тысяч лет, они принадлежат Сократу и живописуют молодежь древних Афин (цит. по A.Weber, 1975).

В эпохи исторического застоя ничего не было слышно о подростках – они легко включались в привычную, стабильную, испокон века регламентированную общественную жизнь. В периоды бурного развития, ломки привычных жизненных устоев этот процесс осуществляется гораздо труднее.

Во второй половине нашего столетия поколение подростков росло после того, как отошли в прошлое ужасы второй мировой войны и трудные, для многих полуголодные, первые послевоенные годы. Оно росло во времена наконец наступившей сытости, достатка, быстро растущих потребностей и кипучей, насыщенной событиями, полной напряженного темпа жизни, когда здоровью и развитию детей и подростков стали уделяться небывалые дотоле внимание и заботы. Неожиданно для старших именно с этим поколением подростков оказались связаны определенные трудности. Психиатрия среди всех областей медицины, возможно, одной из первых эти трудности почувствовала. Интересно, что биосоциальные сдвиги, происшедшие в новом поколении, относительно мало отразились на заболевании эндогенными психозами. Течение и проявления «ядерной» шизофрении у подростков в описаниях последних лет почти не отличаются от того, что было известно в прежние годы (за исключением большой редкости кататонического синдрома). Типичные дебюты маниакально-депрессивного психоза в подростковом возрасте как были, так и остались весьма нечастыми. Отмечена лишь «психопатизация» эндогенных психозов – появление более разнообразных и более частых психопатоподобных картин [Сосюкало О.Д., Большаков А.Г., Кашникова А.А., 1978; Шумаков В.М., Соколова Е.Д., Свириновский Я.Е., 1980].

Новое обнаружилось там, где патология теснее всего соприкасается с нормой, – в области так называемых пограничных состояний и прежде всего в той их части, где наиболее ярко выступают нарушения характера и поведения, т.е. при психопатиях и при психопатоподобных расстройствах. В итоге психопатии и психопатоподобные нарушения поведения стали одним из главных полей деятельности подростковой психиатрии. Более двух третей госпитализированных в психиатрические стационары подростков и еще большая доля наблюдаемых психоневрологическими диспансерами относятся к этой области расстройств.

Если попытаться обобщить все сказанное о психопатиях и психопатоподобных нарушениях поведения у подростков, то можно выделить три узловых вопроса.

Во-первых, это разграничение психопатий как формы патологии от примыкающих к ним крайних вариантов нормы, названных нами акцентуациями характера. Пубертатный период на время может затушевать их различия. И конституциональные психопатии, и, видимо, акцентуации характера, вероятнее всего, имеют эндогенную, генетическую обусловленность. Влияние среды их заостряет, или сглаживает, или подвергает трансформации. Под этими влияниями крайние варианты нормы – акцентуации – могут переступать грань, отделяющую их от патологии, тогда акцентуации оказываются почвой для преходящих нарушений поведения или отправной точкой для психопатического развития («приобретенные» или «краевые» психопатии по О.В.Кербикову).

Во-вторых, это разграничение между основными типами психопатий и акцентуаций характера, выделение типов аномальных и девиантных характеров, изучение их взаимосвязи, возможностей трансформации одного типа в другой в силу конституциональных закономерностей или средовых воздействий.

В-третьих, это разграничение конституциональных психопатий от психопатоподобных расстройств, обусловленных или органическими изменениями в мозге, возникшими в раннем онтогенезе, когда формирование мозга еще не завершено, или вследствие эндогенных психических заболеваний. Если психопатическое развитие сохраняет в основном тип сходной акцентуации, лишь отчасти изменяя его под ситуационными влияниями, то органические заболевания мозга и процессуальные психические заболевания чаще создают лишь подобие некоторым типам психопатий.

Изложенные взаимоотношения типов и форм могут быть представлены в виде следующей обобщенной схемы (табл. 4).


Таблица 4. Типы характера при психопатиях и акцентуациях


Акцентуации

Конституциональные психопатии

Психопатические развития

Органические психопатии

Гипертимная







Гипертимно-неустойчивая



Гипертимно-неустойчивое



Гипертимно-истероидная



Гипертимно-истероидное





Гипертимно-эксплозивная





Циклоидная: типичная







Лабильно-циклоидная







Лабильная

Лабильно-аффективная





Лабильно-истероидная

Лабильно-истероидная

Лабильно-истероидное



Лабильно-неустойчивая



Лабильно-неустойчивое



Астено-невротическая



Астено-невротическое



Сенситивная

Сенситивная

Сенситивное



Сенситивно-лабильная

Сенситивно-лабильная

Сенситивно-лабильное



Психастеническая

Психастеническая

Психастеническое



Шизоидная

Шизоидная



Шизоидная

Шизоидно-сенситивная

Шизоидно-сенситивная





Шизоидно-эпилептоидная

Шизоидно-эпилептоидная

Шизоидно-эпилептоидное



Шизоидно-истероидная



Шизоидно-истероидное







Шизоидно-неустойчивое



Эпилептоидная

Эпилептоидная

Эпилептоидное

Эпилептоидная

Эпилептоидно-истероидная

Эпилептоидно-истероидная

Эпилептоидно-истероидное



Эпилептоидно-неустойчивая

Эпилептоидно-неустойчивая

Эпилептоидно-неустойчивое



Истероидная

Истероидная

Истероидное

Истероидная

Истероидно-неустойчивая



Истероидно-неустойчивое

Истероидная

Неустойчивая

Неустойчивая

Неустойчивое

Неустойчивая

Конформная



Конформно-неустойчивое



Конформно-гипертимная






Классификация типов психопатий и акцентуаций, как и всякая научная систематика, оправдывает затраченный на нее труд, если открывает перспективы для ее практического использования. Дифференциация между психопатиями и акцентуациями характера, разделение психопатий по степени тяжести и акцентуаций по выраженности служат прежде всего делу прогноза и связанным с ним вопросам экспертной практики. Довольно сложная систематика типов психопатий и акцентуаций, пристальное внимание к особенностям, отличающим внешне довольно сходные варианты, например гипертимно-неустойчивый от неустойчивого, шизоидный от сенситивного, лабильно-истероидный от истероидного и т.п., – все это предназначено для решения главной задачи отыскать правильные терапевтические и профилактические пути, эффективнее использовать разные формы психотерапии, дать нужные медико-педагогические рекомендации. Если эта цель не будет всегда и везде видеться перед собой, самые изощренные наблюдения, самые обстоятельные описания, самые тщательно разработанные систематики теряют свой смысл.

Биологическая терапия как при психопатиях, так и при нарушениях поведения на фоне акцентуаций характера имеет ограниченное применение. Психотропные средства могут с успехом использоваться в период декомпенсаций и реактивных состояний для того, чтобы снять аффективное напряжение, устранить излишнюю возбудимость, тревогу или депрессию или, наоборот, несколько стимулировать слишком упавший тонус. Но и здесь эти средства лишь способны создать благоприятный эмоциональный фон для социо-психотерапевтических воздействий. Правда, в некоторых случаях умеренных степеней психопатии и особенно при акцентуациях уже создание такого фона оказывается достаточным для того, чтобы подросток сам, без специальных социо-психотерапевтических влияний справился с трудностями и адаптировался к ситуации. Однако при удачной психотерапии и правильных медико-педагогических рекомендациях этот процесс осуществляется легче, быстрее и позволяет достичь лучшей и более стойкой адаптации. Продолжительное лекарственное лечение бывает необходимым при некоторых вариантах психопатий тяжелой и выраженной степени. Это прежде всего касается психопатий с аффективной взрывчатостью (гипертимно-эксплозивной, лабильно-аффективной, некоторых случаев эпилептоидной психопатии и органических психопатий), где могут использоваться как транквилизаторы, так и небольшие дозы нейролептиков. Делаются попытки дифференцировать применение разных психотропных средств в зависимости от типа психопатии в подростковом возрасте [Строгонов Ю.А., 1972, Личко А.Е., 1979]. Однако во многих случаях эти средства приходится подбирать индивидуально – путем проб и ошибок. Для длительного лечения при повышенной аффективности лучше всего использовать неулептил, меллерил (сонапакс) и нозепам (тазепам). У циклоидных подростков в субдепрессивной фазе не следует спешить с антидепрессантами (мелипрамин, амитриптилин), достаточно действенным может оказаться сиднокарб. Следует иметь в виду, что продолжительное лекарственное лечение предназначено для того, чтобы подготовить почву для социотерапии в широком смысле слова.

Особенности психотерапии и вообще всех видов социотерапии при психопатиях и психопатоподобных нарушениях поведения у подростков могли бы составить предмет специальной монографии. Следует заметить, что семейная психотерапия и взаимоотношения с родными занимают здесь особо важное место [Эйдемиллер Э.Г., 1973, 1978, 1980; Щедренко В.Г., Муринец Г.М., 1978]. Здесь мы ограничимся лишь некоторыми рекомендациями, как учитывать тип психопатий и акцентуаций характера при психотерапевтическом подходе и медико-педагогических рекомендациях.



<< предыдущая страница   следующая страница >>