Проверка домашнего задания - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Образованных от глаголов 1 44.48kb.
В телевизионном конкурсе школьников знатоков русского языка в качестве... 1 76.65kb.
Проверка памяти I. Задания для проверки особенностей памяти 1 40.26kb.
Запишите сначала номер задания (С1 и т д.), затем ответ к нему 7 836.96kb.
Исследовательская работа Тема работы: «Исследование особенностей... 1 41.75kb.
Олимпиадные задания по истории (8 класс) Задания 1-10: за каждый... 1 71.4kb.
Оргмомент. Проверка знаний изученной ранее темы Целеполагание и мотивация. 1 46.16kb.
Необходимые компетенции и навыки для выполнения задания 1-го тура... 1 37.9kb.
Чтение Official dsts с помощью crabа. Александр Торопин, ияи ран 1 37.17kb.
Сельскохозяйственные животные. Значение животноводства 1 65.59kb.
Название упражнения 1 234.49kb.
«Овощи», рисунки островов, «Дидактический материал» 1 27.55kb.
Инструкция по работе с сервисом «sms-платеж» 1 218.94kb.

Проверка домашнего задания - страница №1/1

Тема урока: Основные темы и идеи прозы Бунина (записать попозже)

Цели урока:



  • познакомить с разнообразием тематики прозы Бунина;

  • научить определять литературные приемы;

  • развивать навыки анализа прозаического текста.

Ход урока.

  1. Проверка домашнего задания.

1. Дома вы работали над фрагментами текстов рассказов «Антоновские яблоки», «Поздний час», «Косцы». Давайте еще раз посмотрим, какие речевые средства использованы автором в этих фрагментах. (фрагменты текстов и примерные ответы в пособии для преподавателей под ред. В.П.Журавлева)

2. На прошлом уроке мы с вами анализировали стихотворение «Последний шмель». Какие пункты были в нашем анализе? Каким настроением наполнены стоки? Что можно сказать о теме произведения? О чем тоскует герой? Что явилось символом его переживаний?

3. Чтение стихотворений наизусть.

4. Давайте теперь на основе прочитанных вами стихотворений попробуем очертить круг тем в поэзии Бунина.

Продолжая традиции русской классики, Бунин умело соединяет в стихах звучание пейзажной и философской лирики.

а) Бунин - тончайший живописец природы.

Уже говорилось о том, что Бунин очень любил август, но он наслаждался и тем теплом, ощущением света и радости, какое приходит к человеку с наступлением весенних дней.

Бунину природа интересна и сама по себе. Он отличный на­блюдатель и открывает многое, чего не заметит простой глаз, - например, солнечных зайчиков, которые трепещут по стенам комнаты, отброшенные необычным зеркалом - обыкновенной лужей.

Однако главное - не в этих наблюдениях. Природа у Бунина существует как бы в двух измерениях: это реальный предмет­ный мир (черные бугры, лужи, круглые рыхлые облака - их лег­ко представить), и в то же время это нечто живое, озаренное присутствием человека. В этом втором измерении небо не просто окрашено в голу­бой цвет, а становится «невинным», солнце - «ласковым», ветер - «мягким» и к тому же «тихонько закрывающим глаза».

Природа и воспринимающий ее человек оказываются нераз­делимыми, присутствие поэта ощущается с первых же строчек в самых, казалось бы, привычных картинах. Если полая вода мо­жет бушевать и сама по себе, то шумит «глухо и протяжно» она уже для человека.

«Черные бугры» существуют безотносительно к человеку, но в образе поднимающегося над ним тумана ощущается чело­веческое восприятие: лишь человек увидит в тумане напоенность теплом и светом. Тем более это относится к определениям «невинное» небо и «ласковое» солнце. И, наконец, растворенность человека в весенней природе открыто обнажается в вос­клицании:

Весна, весна! И все ей радо. Как в забытьи каком стоишь

И слышишь свежий запах сада И теплый запах талых крыш.

Бунин рисует как живописец, тонко передавая цветовой фон весеннего пейзажа. Вначале возникает черно-белая гамма, не­обычная потому, что создается не знакомым глазу сочетанием белого снега и черных деревьев, а черными буграми земли и бе­лым утренним туманом. В картине полдня господствуют золотисто-голубые тона неба. Светлый, теплый колорит весеннего дня создают отражен­ные в лужах солнечные лучи и веселые прыгающие зайчики. Краски Бунина отличаются нежностью и по изяществу тонов напоминают акварели.

Не менее выразительно и звуковое сопровождение природы. Практически в каждом стихотворении присутствуют звуки.

В безветрии и тишине делаются ощутимыми запахи - «све­жий запах сада и теплый запах талых крыш».

Бунин открывает красоту привычного, заставляя взглянуть на закомый мир «промытыми», свежими глазами.

И, подчиняясь поэту, останавливаешься вместе с ним, чтобы вобрать в себя и навсегда запомнить воздух, краски и запах Ро­дины. Бунин - высокий мастер пейзажа, хотя сам он говорил, что «не пейзаж его влечет, не краски жадный взор подметит, а то, что в этих красках светит - любовь и радость бытия». Он - несравненный поэт листопада:

Лес, точно терем расписной, Лиловый, золотой, багряный, Веселой, пестрою стеной Стоит над светлою поляной.

Тем больше его заслуга, что он себя природе не навязывает, и все-таки невольно, от прикосновения его осторожной и без­ошибочной кисти, обнаруживается естественная связь между явлением пейзажа и душою поэта, между бесстрастной жизнью природы и сердцем человеческим.
б) Тема одиночества.

Тема одиночества созвучна и другим в многообразном твор­честве Бунина. Лирический герой любовных стихотворений по­эта грустит в одиночестве, когда нельзя уже не грустить. Кто-то разлюбил его, кто-то покинул, и не от кого ждать вестей:

Скоро Троицын день, скоро песни, венки и покосы...

Все цветет и поет, молодые надежды тая...

О, весенние зори и теплые майские росы!

О, далекая юность моя!

Но он счастлив тем, радостно ему оттого, что он еще может вспоминать о дали, тосковать по юной весне своей: ведь прихо­дит та последняя пора, когда уже и не жалеешь об утраченной молодости, - последняя, равнодушная старость...

«Улыбнись мне», обмани меня, просит он уходящую жен­щину; и она, может быть, даст ему «ласку прощанья» и все-таки уйдет, и он останется один.

Не будет отчаянья, не будет самоубийства - только осень сделается еще пустыннее:

И мне больно глядеть одному

В предвечернюю серую тьму.

Что ж! Камин затоплю, буду пить,

Хорошо бы собаку купить.

И может быть, самая неразделенность любви уже ослабляет муку одиночества. Главное - любить самому.

Тема одиночества явилась составляющей частью философ­ской лирики Бунина.

Чтобы зародилась грусть, вовсе не нужна какая-нибудь лич­ная катастрофа: довольно и того, что жизнь в самом процессе своем - нечто оскудевающее, какое-то неодолимое запустение. «Эта горница была когда-то нашей детской», а теперь нет уже мамы, нет ели, посаженной отцом, и теперь никто уже не отзовет­ся на «безумную тоску».

И болью воспоминания, романтикой сердца звучит нечаян­ный дрожащий аккорд старого клавесина - «на этот лад, испол­ненный печали, когда-то наши бабушки певали»...

В ответ на эти стихи Бунина ничье сердце не может не за­биться горестным звучанием, ибо «все мы теряем свои звезды»:

Ту звезду, что качалася в темной воде

Под кривою ракитой в заглохшем саду, -

Огонек, до рассвета мерцавший в пруде,

Я теперь в небесах никогда не найду.

А там, где момент одиночества изображен не в этом краси­вом освещении заката, там стучится в душу отчаяние, безнадеж­ность, черная скорбь, - и нельзя без волнения читать «Кустар­ник», про эту вьюгу, которая нас «занесет равнодушно, как стог, как забытый овчарник».

Из одиноких страданий личности выводит Бунин мысль о вечности красоты, о связи времен и миров. От любимых им буд­ней, от реальности «в старых переулках за Арбатом» сознание его отвлекают моменты важные и величественные - и словно движется перед вами какая-то колесница человечества.



в) Тема народа

Поэт искусственной и мнимой считает разницу между по­мещиком и мужиком: история соединила их органически.

Смертным приговором звучат слова Бунина на деревенском кладбище, на погосте «рабов, дворовых наших» (в эпоху 1905 года):

Мир вам, давно забытые! - Кто знает

Их имена простые? Жили - в страхе,

В безвестности - почили. Иногда

В селе ковали цепи, засекали,

На поселенье гнали. Но стихал

Однообразный бабий плач - и снова

Шли дни труда, покорности и страха.


Мир вам, неотомщенные! - Свидетель

Великого и подлого, бессильный

Свидетель зверств, расстрелов, пыток, казней,

Я, чье чело отмечено навеки

Клеймом врага, невольника, холопа,

Я говорю почившим: «Спите, спите!

Не вы одни страдали: внуки ваших

Владык и повелителей испили

Не меньше вас из горькой чаши рабства!»

Бунин - одна из разновидностей «кающегося дворянина». Если он так неумолимо показывает деревенскую голь, то именно этим карает себя. «Я, чье чело отмечено навеки клеймом раба, невольника, холопа...»

Именно это чувство общей вины, эта сопричастность греху, это отсутствие равнодушия и постороннего любопытства - именно это объясняет, почему строки Бунина не производят ос­корбительного впечатления и не возмущают против автора. Они художнически объективны, но они человечески участливы.

Значит, имеет Бунин право не идеализировать деревни - иначе ему пришлось бы идеализировать и самого себя. Автор в некоторых случаях совсем отказался от елейных красок, сатири­чески изображая мужика:

Ельничком, березничком - где душа захочет -

В Киев пробирается божий мужичок.

Смотрит - нет ли ягодки? Горбится, бормочет,

Съест и ухмыляется: я, мол, дурачок.

«Али сладко, дедушка?» - «Грешен: сладко, внучек».

«Что ж, и на здоровье. А куда идешь?»

«Я то? - А не ведаю. Вроде вольных тучек.

Со крестом да с верой всякий путь хорош».

Ягодка по ягодке - вот и слава Богу:

Сыты. А завидим белые холсты,

Подойдем с молитвою, глянем на дорогу,

Сдернем, сунем в сумочку - опять в кусты...



Талант не лжет. Пугает, томит русская деревня на страницах Бунина... Но ни разу читатель не испытывает такого впечатле­ния, что автор выдумал, сочинил или хоть сгустил краски.

Во всяком случае, правильно или неправильно «объясняет» деревню Бунин, - но уж, наверное, изображает он ее глубоко, безбоязненно и художественно.

Народное слово он подслушал и воспроизвел мастерски. Он черпает из невозмущенных русских ключей. И когда читаешь его страницы, когда отдаешься на волю его словесных волн, ча­рам его языка, вспоминаешь бессмертные слова Тургенева: «... Нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу».


  1. Изучение нового материала.

В своих рассказах, повестях, стихотворениях Бунин показывает нам весь спектр проблем конца XIX начала XX века. Темы его произведений настолько разно­образны, что, кажется, они — сама жизнь. Проследим, как менялась тематика и проблематика рассказов Бунина на протяжении его жизни.

а) Главная тема начала 1900-х годов — тема уходящего патриархального прошлого России. Наиболее яркое выражение проблемы смены строя, крушения всех ус­тоев дворянского общества мы видим в рассказе «Ан­тоновские яблоки». Бунин сожалеет об уходящем про­шлом России, идеализируя дворянский уклад жизни. Лучшие воспоминания Бунина о прежней жизни про­питаны запахом антоновских яблок. Он надеется, что имеете с отмирающей дворянской Россией корни на­ции все-таки сохранятся в ее памяти.

б) В середине 1910-х годов тематика и проблематика рассказов Бунина начала меняться. Он уходит от темы патриархального прошлого России к критике буржуаз­ной действительности. Ярким примером этого периода является его рассказ «Господин из Сан-Франциско». С мельчайшими подробностями, упоминая каждую деталь, описывает Бунин роскошь, являющую собой истинную жизнь господ нового времени. В центре произведения образ миллионера, у которого нет даже соб­ственного имени, так как его никто не запомнил, — да и нужно ли оно ему? Это собирательный образ амери­канского буржуа. «До 58 лет жизнь его была посвящена накоплению. Став миллионером, он хочет получить все удовольствия, которые можно купить за деньги: ...карнавал он думал провести в Ницце, в Монте-Кар­ло, куда в эту пору стекается самое отборное общество, где одни с азартом предаются автомобильным и парусным гонкам, другие рулетке, третьи тому, что принято называть флиртом, а четвертые — стрельбе голубей, которые очень красиво взвиваются из садков над изум­рудным газоном, на фоне моря цвета незабудок, и тот­час стукаются белыми комочками о землю...» — это жизнь, лишенная внутреннего содержания. Общество потребителей вытравило в себе все человеческое, спо­собность к сочувствию, соболезнованию. Смерть гос­подина из Сан-Франциско воспринимается с неудо­вольствием, ведь «вечер был непоправимо испорчен», хозяин отеля чувствует себя виноватым, дает слово, что он примет «все зависящие от него меры» к устранению неприятности. Всё решают деньги: гости хотят полу­чать удовольствия за свои деньги, хозяин не хочет ли­шаться прибыли, этим и объясняется неуважение к смерти. Таково нравственное падение общества, его негуманность в крайнем ее проявлении.

в) В этом рассказе очень много аллегорий, ассоциа­ций и символов. Корабль «Атлантида» выступает как символ цивилизации; сам господин — символ буржуаз­ного благополучия общества, где люди вкусно едят, изысканно одеваются и не заботятся об окружающем мире. Он их не интересует. Они живут в обществе, как в футляре, закрытом навсегда для людей другого кру­га. Корабль символизирует эту оболочку, море — весь остальной мир, бушую­щий, но никак не касаю­щийся героя и ему подоб­ных. А рядом, в этой же оболочке, — люди, управ­ляющие кораблем, работа­ющие в поте лица у ги­гантской топки, которую автор называет девятым кругом ада.

В этом рассказе много библейских аллегорий. Трюм корабля можно сравнить с преисподней. Автор намекает на то, что господин из Сан-Франциско продал душу за земные блага и теперь расплачи­вается за это смертью.

Символичен в рассказе образ огромного, как утес, дья­вола, который является символом надвигающейся ката­строфы, своеобразным предупреждением человечеству. Символично в рассказе и то, что после смерти богача веселье продолжается, абсолютно ничего'не измени­лось. Корабль плывет в обратном направлении, только уже с телом богача в ящике из-под содовой, а бальная музыка гремит опять «среди бешеной вьюги, проно­сившейся над гудевшим, как погребальная месса... оке­аном».

г) Автору важно было подчеркнуть мысль о ничтож­ности могущества человека перед лицом одинакового для всех смертного итога. Оказалось, что все накоплен­ное господином не имеет никакого значения перед тем вечным законом, которому подчинены все без исклю­чения. Очевидно, смысл жизни не в приобретении бо­гатства, а в чем-то ином, не поддающемся денежной оценке или эстетской мудрости. Тема смерти получает в творчестве Бунина многообраз­ное освещение. Это и гибель России, и смерть отдель­ного человека. Смерть оказывается не только разрешительницей всех противоречий, но и источником абсо­лютной, очищающей силы («Преображение», «Митина любовь»).

Еще одной из основных тем творчества писателя явля­ется тема любви. Этой теме посвящен цикл рассказов «Темные аллеи». Бунин считал эту книгу самой совер­шенной по художественному мастерству. «Все рассказы этой книги только о любви, о ее «темных» и чаще всего очень мрачных и жестоких аллеях», — писал Бунин. Сборник «Темные аллеи» один из последних шедевров великого мастера.


Господин из Сан-Франциско.

Говоря о сущности буржуазного прогресса, о его влиянии на умы и сердца людей, Бунин подчеркивал: «Я с истинным страхом смотрел всегда на всякое благополучие, приобретение которого и обладание которым поглощало человека...» Бес­смысленность и ужасающая пустота буржуазного эгоцентризма проступают в эпизодах и деталях путешествия господина из Сан-Франциско как иронически переосмысленной «одиссеи» нового времени. Образ господина вбирает в себя все характер­ные черты новоявленного «хозяина жизни»: самоуверенность и кичливость янки, веру в могущество «золотого тельца», подчеркнутую материализованность, «телесность» удовольствий и развлечений. Но внешняя респектабельность лишь оттеняет бездуховность, внутреннюю ущербность представителя «мировой элиты»: «Нечто монгольское было в его желтоватом лице с подстриженными серебряными усами, золотыми пломбами блестели его крупные зубы, старой слоновой костью – крепкая лысая голова». То же искусственное, неживое начало присутствует в других пассажирах «Атлантиды», включая нанятую за деньги «пару влюбленных», имитирующую чувства для удовольствия изысканной публики. 'Этот мир застыл в своем повторяющемся однообразии, и только возмутительная смерть господина из Сан-Франииско нарушает заведенный порядок и напоминает всем о зыбкости человеческого существования (подобный эффект производит смерть прокурора в финале I тома гоголевских «Мертвых душ). Неожиданная кончина героя и общая реакция на нее — признак разложения, распада самой системы» подобной ветхозаветному Вавилону, упомянутому в эпиграфе. Весь этот образно-обобщенный социум преставлен пассажирами и командой корабля с символичным названием «Атлантида». Этот островок упадочной цивилизации посреди бушующего океанского хаоса — всего лишь игрушка в руках Дьявола, следящего за движением многоярусного творения «Нового Человека со старым сердцем»



Пессимистические социальные прогнозы автора не исчерпывают идеи рассказа. Наряду с упоминанием о титанизме Дьявола мы встречаем и другие строки: «Над дорогой, в гроте скалистой стены Монте-Соляро, вся озаренная солнцем, в тепле и блеске его, стояла в белоснежных гипсовых одеждах и в царском венде, золотисто ржавом от непогод , Матерь Божия, кроткая и милостивая, с очами, поднятыми к небу, к вечным и блаженным обитателям трижды благословенного Его». Проникновенное поэтическое описание на Капри, а также фигуры абруццких горцев, славящих Богородицу и этот благословенный чудесный край, являют собой антитезу холодному, призрачному миру Атлантиды. Вера в высшую справедливость и красота естественного мира, paскрепощающая человеческую душу, освобождавшая ее от ложных социальных стереотипов, — единственно возможный нравственный ориентир для автора. Контраст между конечностью буржуазно-собственнической культуры и бесконечностью духовного совершенствования мира вносит в содержание бунинского рассказа идею пробуждения охранительного инстинкта человечества перед опасностью нравственного самоуничтожения.