Пьеса в семи сценах Перевод с французского Ирины Мягковой - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Пьеса в семи сценах Перевод с французского Ирины Мягковой - страница №1/6


ЛАРС НОРЕН

ДЕМОНЫ


Пьеса в семи сценах

Перевод с французского Ирины Мягковой

Действующие лица:
Катарина, 36 лет

Франк, 38 лет

Йенна, 36 лет

Томас, 37 лет


Действие происходит в городской квартире в 1982 году.

Пьесу можно играть с несколькими короткими и одним более длинным перерывом.




СЦЕНА 1
Сцена затемнена. Слышна итальянская музыка: Ana Oxa поет “Un’al Tra Me”. Высвечивается Катарина. Она стоит на коленях с вытянутой вперед рукой, как если бы кормила невидимую птицу. Чувствуется: она в своем мире, и в этом мире – плачет. Катарина курит, роняя пепел, куда придется. На пластиковом сервировочном столике стоит радио-транзистор, играет музыка. На Катарине пеньюар, такой же белый, как голубь, которого мы теперь замечаем на полу перед ней. Поймав голубя, она осторожно подносит его к окну и выпускает на волю. Потом выключает кассетник и, посидев некоторое время молча, идет в ванную комнату. В это время открывается наружная дверь. Франк, споткнувшись о телефон на полу, входит в квартиру с множеством бумажных и одним большим пластиковым пакетом в руках, всё сваливает на пол. Зажигает лампочку в прихожей.
Катарина , из ванной комнаты. Это ты?.. Франк?.. Франк!

Пауза

Ты чего? С некоторым беспокойством. Это ты?



Франк. Нет

Заглядывает в пакеты, берет в руки большой пакет, не зная, что с ним делать.

Катарина. Эй! Чего ты молчишь? Почему не отвечаешь?

Франк, спокойно. Видимо, не хочется.

Катарина. Что ты сказал?

Франк. Сам не знаю.

Он ставит пластиковый пакет на сервировочный столик, стряхивает пепел с транзистора, который на нем стоит. В отдельных ячейках размещаются книги, газеты и пр.

И как только тебе удается сбрасывать пепел точно на транзистор? Катарина?



Пауза

Катарина. Я здесь.

Франк. Ах, ты там?

Катарина. Поздненько ты возвращаешься.

Франк, вешает пальто. Знаю.

Катарина, открывает дверь ванной комнаты.

Я говорю: поздно ты вернулся.



Франк, он стоит у двери и разглядывает ее. Потом – с внезапной нежностью.

Привет, дорогая. Я разве поздно?



Катарина, сухо. А ты как думаешь?

Франк. Я понятия не имею о том, который час.

Катарина. Ладно, проехали. И чего тебе надо?

Пауза

Франк. Не знаю.

Катарина. Что поделывал?

Франк. Смотрел на Мамочку.

Катарина. Нет, до того, как пришел. Чем ты занимался?

Франк. Ничем.

Пауза

Катарина. Не стой столбом. Они могут явиться в любую минуту. Мне надо принять душ.

Франк. Так принимай!

Пауза. Он смотрит на открытку в кармане пеньюара, который Катарина бросила на пол.

Получила открытку от Давида?



Пауза.

С острова? Из Греции.



Он вешает пеньюар.

Что он пишет?



Катарина пускает душ.

А ты-то что делала сегодня?



Катарина. Что?

Франк. Что ты сегодня делала?

Катарина. Что я сегодня делала?

Франк. Да. Повышает голос. Мне казалось, я просил тебя убрать немного в квартире.

Катарина. Что ты говоришь?

Франк. Порядок навести не захотелось?

Катарина. Я убиралась. Несколько часов потратила.

Франк, он у входа в ванную комнату. Ничего, если я тебя побеспокою.

Входит в ванную. Ласкает Катарину через занавеску.

Ты чертовски хороша. В самом деле, поверь мне.



Катарина. Что ты сказал?

Пауза.

Ты так считаешь? А что во мне красивого?



Франк возвращается к столику, двигает его в гостиную, подбирая с полу вещи Катарины, разбросанные фильтры от сигарет, включает приемник, потом идет в коридор за молотком и гвоздями, чтобы повесить стоящую у стены картину. До того, как он успевает забить гвоздь, слышится громкий звук бьющегося стекла в ванной комнате. Он прислушивается, звук повторяется, но с меньшей силой. Он бросает молоток и гвозди в кресло, устремляется в ванную комнату и рывком распахивает дверь…

Франк. Извини меня, но что здесь происходит?

Катарина, Она стоит на цыпочках, не осмеливаясь сдвинуться с места. В раковине и на полу полно битого стекла.

Я не могла найти полотенце.



Франк, он опешил. И поэтому решила разбить зеркало?

Катарина. Нет, это стеклянная полочка под зеркалом. Она плохо была закреплена.

Франк. Вот уже девять лет тому, как она не была закреплена. Тебе еще повезло, что зеркало не рухнуло.

Катарина. Повезло скорее тебе. Тебе ведь оно нужнее.

Франк. Черт побери, что ты хочешь этим сказать?

Катарина. Ничего, Франк. Ну, случилось. Вытирается. Ты дозвонился?

Франк. Посмотри, что натворила. Вот ужас-то!

Пауза.

Чудовищно.



Катарина. А ты позвонил?

Франк. Это просто безобразие.

Идет в переднюю за пылесосом.

Слышала, что я сказал? Или не слышала?



Катарина. Сто раз уже слышала, за девять-то лет! Значит, ты не звонил?

Франк смеется

Франк. Вот ты про что! Но, надеюсь, ты не рассчитываешь на его помощь.

Катарина. На его помощь должен рассчитывать ты, а не я.

Франк. И ты веришь, что он тебе поможет?

Катарина. Да.

Франк. Не поможет. И вообще, если кто-нибудь станет мне помогать, я немедленно тебя брошу.

Катарина. Не сомневаюсь.

Франк. Дорогая, ты поняла, что не ты меня, а я тебя брошу. А ты должна меня терпеть, пока у меня не появятся силы с тобой расстаться. Вот так-то.

Пауза.

Ну и бардак! И как это тебе удается?



Пауза.

На что это похоже? А?



Катарина. Отвяжись! Послезавтра всё сделаю, если ты заткнешься, обещаю! Пожалуйста, не принесешь ли мне что-нибудь на ноги, я то я выйти отсюда не могу.

Франк. Тогда заодно займись и нижней стеклянной полкой в холодильнике. Три года прошло, как ты ее расколотила.

Катарина. Ну, кто бы еще стал терпеть такую жизнь?

Франк. Ты. Тебе она по нраву.

Катарина. Про какую стеклянную полку ты говорил?

Франк, очень отчетливо. Про ту, которая должна находиться в самом низу холодильника. Там, где овощи. Ты прекрасно поняла, о чем идет речь.

Катарина, она уже одета в пеньюар. Ах, про эту…

Франк. Она ведь разбилась?

Катарина. Я совсем забыла. Думала, что и ты тоже. Ну, где моя обувь?

Франк. Забыть – не значит простить… Куда мне теперь прикажешь класть туалетные принадлежности?

Катарина, прилаживает уцелевшую половину стеклянной полки на прежнее ее место.

Пожалуйста, твоя половина цела. Как всегда.



Расставляет на половинке свои флаконы с духами, зубные щетки и пр.

Принеси же мне туфли.



Франк. Что ты сказала?

Катарина. Туфли принеси.

Франк. Сама принеси.

Катарина. Я порежусь.

Франк. И что?

Катарина. Ты больной.

Франк. И нечего глядеть на меня своими свинячьими глазками. Прости…Ладно, где они, куда ты их забросила?

Катарина. Я сама пойду.

Франк. Нет, стой на месте. Ты порежешься. Я иду.

Уходит и возвращается с парой черных туфель на высоких шпильках.

Эти ты хотела?



Катарина. Нет, не эти.

Франк, думает о каблуках-шпильках. Ночью мне снились огромные башенные часы, и мой член, то есть, я хочу сказать, мой проказник находился в положении один час времени. Большая же стрелка представляла собой длинное лезвие бритвы и указывала без пяти двенадцать.

Катарина, надевает туфли, выходит из ванной.

Уф…как будто заново родилась.



Берет со скамейки трусики и, став спиной к Франку, начинает их натягивать. Франк наблюдает.

По крайней мере, трусов у меня будет куча.



Франк. У тебя такие большие руки.

Катарина. Правда?

Франк. Помню, вначале, как-то вечером держал тебя за руку и подумал: как будто собаку веду на поводке. Ну и когда же?

Катарина. Чего?

Франк, вернувшись с пылесосом. Когда же у тебя будет куча трусов?

Катарина, втирает в руки крем. Когда мы разведемся. Звонят вроде бы?

Катарина направляется к двери.

Франк. Черт! А я ни сном, ни духом. Зачем ты так сказала?

Катарина. Извини, ты о чем?

Франк. Что ты имела в виду?

Катарина. Да что я такого сказала? Франк, прошу тебя. Алло.

Франк. Ты сказала, что сможешь завести целую кучу трусиков, когда мы разведемся.

Катарина. Я так сказала? Не припомню. Вешает трубку.

Франк. Эту фразу я тебе припомню.

Катарина, идет к шкафу. Или я тебя убью, или ты меня убьешь, или мы расстаемся, или все остается, как прежде. Выбирай!

Франк. Я не в состоянии выбрать. Выбери ты.

Катарина. Я действительно сказала «заведу, когда мы разведемся»?

Франк. Мне так показалось.

Катарина. Да, я так и сделаю, если ты не позвонишь. Развод! Рано или поздно все должно закончиться.

Франк, идет в гостиную, чтобы включить в розетку пылесос.

Неужели?


Катарина. Так ты звонил?

Франк. Угадай.

Катарина. Я угадала, что позвонил.

Франк. Так оно и есть.

Катарина. Твое счастье.

Достает из шкафа фен, дружески улыбается, касается Франка, проходя мимо него.

Франк, проводит рукой у нее между ног. Прости.

Катарина, после паузы. Зачем ты это сделал?

Франк. Сам не знаю. Я вспоминаю о твоей норке только тогда, когда ты ее прячешь.

Катарина, с притворной, почти материнской интонацией.

Ты устал? Хочешь есть? Тебе грустно?... А?



Франк. Нет… Можно я еще там потрогаю?

Катарина, после паузы. Можно.

Франк, заставляет ее сесть на стол. Тебе нравится, когда я это делаю?

Катарина. Это?

Франк. Да.

Катарина, после паузы.

Нет.


Без всякого выражения

Ты скоро кончишь?



Франк. Да, я давно уже кончил. Окончательно.

Катарина проходит в спальную мимо него. Он провожает ее взглядом. Звонит телефон.

Франк. Ну, и кто же теперь все это уберет? Он снимает трубку, слушает.

Алло? Выключает приемник. Пойду, посмотрю.



Идет в кухню вместе с телефоном. Открывает дверцу шкафа.

Да, можно. Поднимайся.



Ставит телефон на холодильник. Пьет молоко. Берет пакет риса и ставит его у входа в квартиру.

Катарина, она в спальной с феном, включает его и садится на кровать.

Франк берет пакет, идет в спальную. Включает свет.

Погаси, пожалуйста, свет.



Франк. Что ты сказала?

Катарина. Свет погаси.

Франк. Как это?

Катарина. На кнопочку нажми… вот так.

Франк. Ты плохо себя чувствуешь?

Катарина. Да, нет. Но мне холодно, у меня озноб.

Франк. Я не заметил.

Катарина. Ты никогда ничего не замечаешь.

Франк. Со зрением у меня все в порядке. Иногда я даже вижу лишнее.

Катарина. Можешь дать мне сигарету?

Франк, дает ей сигарету и подносит огонь.

Еще что-нибудь? Нет?...В такую хорошую погоду кофе можно было бы выпить на балконе. Садится на кровать, у нее в ногах.



Катарина. Она не зажглась. Дай, я сама прикурю.

Берет его зажигалку, прикуривает, бросает зажигалку на пол.

Франк, забирает у Катарины чашку с кофе.

Можно я попробую поставить твою чашку на стол?



Катарина. Попробуй.

Франк. Хорошо. Терпеть не могу, когда так делают.

Катарина. Вот как? …И что же именно?

Франк. Вызывающе бросают зажигалку на пол, например.

Катарина. Это мне известно. Раздвигает ноги. И что же в этом вызывающего?

Франк, зло. Ты кого-то ждешь?

Катарина. Да, твоего брата с супругой. Снова включает фен.

Франк улыбается, но мы видим, что это неискренняя улыбка.

Катарина. Тебе нездоровится?

Франк, снова садится, вынимает из пакета обувную коробку и начинает ее открывать.

Нет, я в прекрасном расположении духа.



Пауза. Строго.

Почему ты спрашиваешь?



Катарина. Почему?

Выключает фен.

Потому что твоя мать умерла?



Франк, не повышая голоса. Ну, хватит. Остановись, прошу тебя.

Катарина. Я-то, по крайней мере, не стану хамить, когда моя мать окочурится, а произойдет это, по всей видимости, довольно скоро со всеми этими ее неизлечимыми болезнями. Снова включает фен.

Потому что к нашей с тобой жизни это не имеет отношения?



Пауза.

Верно?


Пауза.

Верно, я спросила?



Франк. Чего ты раскричалась? Я ведь рядом.

Катарина. Потому что ты не слышишь, что я говорю.

Франк. А ты?

Катарина, выключает фен.

К нам с тобой это имеет отношение?



Франк, равнодушно. О чем ты кричишь?

Катарина. О том, что, если ты в прекрасном расположении духа, к нашей жизни это не имеет отношения? Так ведь?

Она снова включает фен.

Франк. Да, нет…Я не сказал, что у меня хорошее настроение.

Катарина. Нет, именно так ты и сказал.

Франк. Я так сказал? Интересно, а почему?

Катарина. Ты так сказал, и всё! Почем я знаю? Бросает фен на кровать, не выключив. Как я сейчас выгляжу?

Франк, изучает ее. Маниакально.

Катарина. Спасибо.

Франк достает новые замшевые туфли и надевает одну.

Новые туфли?



Франк, безмятежно. Постаревшая маньячка.

Катарина. Но не коричневые же, в самом деле!

Франк, выключает фен. Постаревшая, но посвежевшая.

Катарина, возмущенно встает. Покажи-ка…Дай посмотреть. Франк, могу я взглянуть?

Франк. Нет, они в коробке. И накрыты крышкой.

Он встает, одной ногой в коробке с туфлями.

Катарина. Но ты не должен стесняться. Если обувь тебе нравится, надо ее носить. Ты куда?

Франк идет в кухню. Прячет обувную коробку в холодильник, направляется к кофеварке. Катарина тоже идет в кухню.

Ты что, собираешься надеть коричневые туфли на похороны?



Франк, присвистнув. Это не похороны, а захоронение. Отныне Урбан будет покоиться под землей.

Катарина. Какой еще Урбан?

Франк. Я хотел сказать – урна.

Катарина. Так и говори.

Пауза.

Она ищет в кухонном шкафу коробку с обувью.

Так какой Урбан?



Франк. Не знаю я никакого Урбана.

Катарина. Тогда почему ты желаешь ему смерти?

Пауза.

Откуда в тебе такая агрессия?



Франк. По отношению к Урбану?

Катарина. И ко мне.

Франк. Нельзя сказать, что я агрессивен по отношению к тебе.

Катарина. Как я того заслуживаю.

Франк. Да, нет. Пауза. Он открывает холодильник. Наливает молока себе в кофе.

Знаешь, что мне вдруг пришло на ум? Что, если бы ты решила мне изменить, то выбрала бы для этого моего лучшего друга. Я не ошибся?



Пауза.

Так как?


Пауза.

Ему навстречу ты бы распахнула створки своей ракушки?



Он хлопает дверцей холодильника. Свистит.

Не накапать ли тебе драгоценной влаги? Он имеет в виду кофе - экспрессо. Что молчишь?



Катарина. Нет, спасибо.

Франк снова начинает насвистывать. Катарина берет расческу, чтобы причесаться.

Франк. Ты что делаешь?

Катарина. Причесываюсь.

Франк. Ножом?

Катарина обнаруживает, что у нее в руках нож.

Катарина. Что это со мной?

Пауза.

Франк. На могиле поставят не голубя, а крысу.

Катарина. Франк, прошу тебя…

Франк. Прости. Сам не знаю, что на меня нашло. Гадость сказал.

Катарина. Сам понял?

Франк. Да.

Пауза.

Катарина, думая как будто о чем-то другом.

Я люблю тебя. Думаю, ты знаешь.



Пауза.

Франк. Да…но что ты хочешь этим сказать?

Катарина. Только то, что люблю тебя. Пауза. Из окна кухни Франк смотрит на парк внизу. Катарина берет сигарету из кармана рубашки Франка. Он ее обнимает. И они надолго замирают.

В дверь стучат.

Франк. Иду.

Йенна, у двери.

С ума сойти…ну, мне везет, буквально всё забываю.



Франк берет на полке пакет с рисом.

Закрывает дверь на кухню.

Каждый раз забываю в магазине один какой-нибудь пакет. Каждый раз одно и то же. Один пакет, но непременно забываю, и только дома обнаруживаю пропажу. Так что, вернувшись, каждый раз спрашиваю: «А сегодня что забыто?». И ни разу не пропустила случая. Вот и сегодня только что заметила. Чудеса, правда? Один пакет постоянно. Никогда не было, чтобы два. И вспоминаю только дома. На сей раз, я забыла рис.



Франк. Да, рис. Вот он, держи.

Йенна, берет пакет. Рис, который не склеивается и не липнет, клеюсь и липну только я.

Франк. Да, на улице тепло.

Йенна. Да, отличная погода. Я завтра верну. Положить перед дверью?

Франк. Нет, просто возьми этот и оставь себе.

Йенна. Мне так много и не надо.

Франк. Но это вкусно.

Йенна. Правда? Мы почти никогда не едим рис. Спасибо большое. Я должна бежать. Катарина дома? У вас здесь гораздо прохладней, чем внизу, как я вижу. А что, трубы отопления по-прежнему шумят?

Франк. Нет, на лето мы батареи выключаем.

Йенна. Внизу совершенно невозможно заснуть. Мы просто на стенку лезем.

Катарина, у двери кухни. Кто это был?

Франк. Йенна.

Катарина. А…

Франк, смотрится в зеркало. Хотела одолжить пакет риса.

Катарина. В самом деле? Ты уверен?

Франк. До конца ни в чем нельзя быть уверенным.

Катарина. Она никогда бы с тобой не пошла.

Франк, беспрерывно то гасит, то снова зажигает свет в коридоре. Вот как?

Катарина. Ни под каким видом…Она как-то спросила меня, почему ты все время с ней заигрываешь…Знаешь, что она сказала?... «Франку…ему только зеркало и нужно…» И она права…Ты нервничаешь?

Франк. Вовсе нет. Неопределенно. Нет, со мной все в порядке. Всё отлично.

Катарина. Я тоже в порядке, но, как всегда, когда чувствуешь себя хорошо, мне немного нездоровится.

Она говорит вполне серьезно. Направляется к шкафу. Франк по-прежнему в носках.

Ты завтра собираешься надеть коричневые туфли?



Франк. Да.

Катарина. Но она уже их не увидит.

Франк, заглядывает в пластиковый пакет на сервировочном столике.

Ну и что, я не настаиваю. Зато я глаз с нее не спущу.



Катарина, достает из гардероба платье.

Думаешь, они захотят есть?



Франк, в таком же тоне.

Нет, насколько я знаю своего брата, есть он будет всю дорогу, а потом ему понадобится лишь кресло, чтобы отрыгивать.



Катарина, равнодушно. Попробуй оставить его в покое.

Франк. Невозможно!...Когда у человека голова, как мяч, никак не удержаться, чтобы не пнуть ее ногой. Снова берет пластиковый пакет и смотрит внутрь. Может, лучше положить ее у входа, чтобы не забыть.

Катарина, проходя мимо него в спальную, ласково касается его щеки. Франк вздрагивает, как от удара.

Прости меня.



Катарина, внимательно смотрит на него, не понимая, откуда взялась столь сильная реакция, которую он не смог сдержать.

Я только хотела тебя коснуться.



Пауза.

Хотела приласкать.



Франк. Я и говорю: прости меня. Я тебя не увидел. Я сказал: извини. Я не видел, что ты это делаешь.

Катарина, она снова равнодушна.

Я собственно ничего и не делала. Проходит в спальную. Как кстати эти похороны. Можно хотя бы с людьми повидаться…или ты намерен и сегодня улечься спать в свитере и со стаканом молока?

Я же намерена расслабиться, и не собираюсь заниматься тобою весь вечер.

Пауза. Франк идет за ней с пластиковым пакетом в руках. Она начинает краситься. Франк останавливается у двери.

Ну и видок у меня! Сильно постаревшая… но посвежевшая.



Франк. Чего ты не собираешься делать?

Катарина. Да ничего. Вот губы накрашу. С сарказмом вспоминает…

Свинячьи заплывшие глазки подведу. Как все-таки злобно сказано…



Франк. Что ты под этим понимаешь? Садится на край кровати.

Что не собираешься мною заниматься? Что это означает?



Катарина. Ровным счетом ничего… Который час? Разве не пора им уже придти?

Франк. Как есть, так и будет, Катарина. Громче. Нормально. И теперь ты скажешь, что ты подразумевала.

Катарина. Ничего…я не подразумевала ничего.

Франк. Нет, ты что-то имеешь в виду, и я хочу знать, что именно. Скажи мне. Еще громче. Скажи, или я уйду.

Катарина. Уходи. Неожиданно улыбается. И мамочку свою уводи.

Франк. Это уж чересчур, ни в какие ворота.

Катарина, после паузы.

Франк…


Франк. Да что же это такое?! Что все это значит? Резко встает.

Катарина. Франк, прошу тебя.

Франк. Берегись!

Катарина. Успокойся. После долгой паузы. Франк. Не надо бить. Не бей меня.

Франк. Что ты такое говоришь?

Катарина. У тебя сейчас такой вид, как бывает всегда, когда ты задумываешься, не задать ли мне трепку

Франк. Ты спятила…Совсем рехнулась…Какой у меня вид? Какой?

Катарина. Как у душевнобольного. Как у официанта с мухобойкой в руках.

Франк. Я так выгляжу?

/Катарина. Выглядишь…Но тебе надо успокоиться, ладно? Сейчас не давай себе воли. Люди должны придти и вообще…

Франк. Нет, нет и нет.

Катарина. Точно?

Франк. Я не собираюсь тебя бить. Сейчас, во всяком случае. Я подожду. Ударю, когда ты не будешь ждать. А сейчас ты готова, ждешь. Чтобы я ударил. Но я пережду момент. Улыбаясь, надевает туфли. Дождусь, чтобы ударить неожиданно.

Пауза.

Тогда ударю.



Катарина. Милый. Не могли бы мы прекратить нашу дискуссию?..

Поднимает взгляд на него.

Может, прекратим?



Франк. Мы можем прекратить, но хотим ли мы этого?

Звонит телефон.

Кто-то звонит.



Он выходит в кухню. Слышно, как он говорит по телефону. Оставшись одна, Катарина плачет. Франк застает ее плачущей.

Пауза.

Франк. Так и есть. Они не приедут.

Катарина. Как это?

Франк. Я сказал «Они не приедут».

Катарина. Кто они? Кто не приедет?

Франк. Черт…забыл, как зовут…

Катарина. Твой брат? Он не приедет?

Франк кивает головой. Пауза.

Катарина. Как так?

Франк. Я же уже сказал.

Катарина. Почему?

Франк. Потому что они задерживаются в Соданкюле в «Трех ракушках»…это мотель такой.

Катарина. А почему?

Франк. Он хочет посмотреть футбольный матч Гётеборга с какой-то французской командой.

Катарина. Но почему?

Франк. По всей вероятности, ему это интересно.

Катарина. Быть не может.

Франк. Может - не может, но он так сказал. Говорит, завтра приедут. Франк садится на кровать.

Катарина. Как же так?

Франк. Сказал, что они приедут завтра…Что в этом непонятного? Заглядывает в пластиковый пакет. Вот так… Не устроить ли нам по такому случаю небольшую оргию на двоих?

Катарина, встает.

Тогда я уйду.



Франк. Куда?

Катарина. Не имеет значения. Басолютно никакого значения.

Франк. Басолютно?...Ты сказала басолютно…Почему ты так сказала?

Катарина, остается у двери в спальную.

Я больше не могу.



Франк. Больше не можешь?

Катарина. Не могу.

Франк, отрывисто. Значит, нет. Пауза. То есть?

Катарина. Мне надо выйти отсюда. Наружу.

Франк. Зачем?

Катарина. И больше ни одного вечера не останусь.

Франк. То есть? Пауза. Ах, да…да, да…Можно спросить, куда ты пойдешь?

Катарина. Неважно. Куда угодно.

Франк. А мне можно с тобой? Я провожу?

Катарина. Нет, я хочу уйти одна.

Франк. А мне что делать?

Катарина. Я больше не в силах препираться здесь с тобой каждый вечер. Это точно.

Катарина подходит к Франку и достает из кармана его рубашки сигареты и зажигалку.

Франк. А то давай позовем Йенну и Томаса, хочешь? Ясно, что планов у них никаких: сегодня среда. По крайней мере, хоть какой- то выход из положения. Томас ведь нравится тебе?

Катарина. Нравится? Мне? Не больше, чем Йенна тебе.

Франк. Вот я и говорю…Само собой, она мне нравится. Она хорошенькая. Ты не находишь?

Катарина. Она спрашивала меня, почему ты все время ее лапаешь.

Франк. Ты это уже говорила. И что же ты ей ответила?

Катарина. Чтобы меня расстроить.

Франк. А она тебе что?

Катарина. Засмеялась.

Франк. Да, что, в самом деле? Что нам мешает? Позвоню и спрошу, не зайдут ли они к нам на рюмочку.

Пауза.

Что скажешь? Я звоню. Может неплохо получиться. Скажи.



Катарина пожимает плечами.

Ладно. Возможно, это приступ черной меланхолии.



Он идет в кухню. Приносит пластиковый пакет, ставит его на столик. Звонит. Катарина надевает черное платье. Франк возвращается и сталкивается с Катариной в гостиной.

Пауза.

Катарина. Они не захотели?

Франк. Напротив: как будто две недели сидели и ждали, чтобы кто-нибудь им позвонил.

Катарина. Ты с кем говорил? С Томасом?

Франк достает из шкафа коробку с духами и душит себе лицо.

Почему ты сказал, что я не забочусь о своей внешности?



Франк. Я не говорил.

Пауза. Они смотрят друг на друга.

Катарина. Посмотри на меня.

Франк. А что я делаю?

Катарина. Но ты меня не видишь.

То ли искренне, то ли поощряющее.

Ты меня любишь?



Франк, равнодушно.

Тебя?


Катарина, равнодушно.

Да. Любишь?



Франк. Да, я тебя люблю.

Пауза.

Очень.


Весело.

Но терпеть не могу.



Пауза. Он ставит флакон с духами на столик.

Серьезно. Я тебя не выношу. Но и жить без тебя не могу.



Катарина. Почему?

Франк. Думаю, надо поставить маму на полку, чтобы ты не стряхивала на нее пепел.

Пауза. Он ставит пластиковый пакет на полку в платяной шкаф.

Катарина. Поставь ее перед зеркалом: их будет две. Когда тебе назначено у психиатра?

Франк. У кого?

Катарина. Ты говорил, что позвонил ему. Это женщина?

Франк. Через четыре года.

Катарина. Чего?

Франк. Четыре года.

Катарина. Как это.

Франк. Вот так, четыре года надо ждать. Но я собирался не к тому врачу, о котором ты говоришь, а по поводу гайморита.

Пауза. Франк идет к столику на колесах.

Катарина. Четыре года.

Франк. Они пролетят быстро. Rapido. Ставит кассету (итальянская певица).

Катарина. Нет, это невозможно. Невыносимо. Неправдоподобно. Послушай, что же мне делать?

Франк. BO!

Катарина. Что?

Франк. BO!

Катарина. Это еще что такое?

Франк. ВО!

Катарина. Дьявол тебя раздери, да что ты хочешь этим сказать? Кто такой этот Бо? Почему ты твердишь это имя?

Франк. По-итальянски это значит «вот это да!»…

Катарина. ВО?

Франк. Да, ВО... ВО.

Катарина, берет кассетник.

ВО! Это что, та долбанная итальянская проститутка поет, как ее там? …Джованна…Анна…? А, вроде, и не она…



Франк. Никак не можешь ее забыть.

Катарина. Можно подумать, что ты ее забыл. Бросает кассетником во Франка.

Франк. Перестань. Успокойся.

Катарина. Что мне делать?

Франк. Все, что хочешь.

Катарина, без всякого выражения.

Все, что я хочу?



Франк. Все, что ты хочешь…Не так уж и трудно.

Катарина. Нет, трудно, очень.

Франк. В самом деле?

Катарина. Да, да.

Пауза.

Франк. Почему же?

Катарина, спокойно, осознанно.

Потому что мое Я - это Ты.



Франк, он потрясен.

Милая ты моя…Но они сейчас заявятся. Тебе надо взбодриться.



Катарина, на грани нервного срыва.

Ты постоянно ввергаешь меня в состояние горя. Тоски…страшного потрясения. И опустошенности…Мне хочется одного – убежать…Назад…Назад…



Франк. Куда назад?

Катарина. К тебе.

Франк. Пожалуйста, не плачь, когда они придут. Они решат, что это из-за меня. Соберись…Нет, предлагаю тебе начать жизнь, которую ты не можешь прожить со мной. Саркастично.

И поиметь всё, чего не можешь иметь, якобы, из-за меня…Однако я не слишком настаиваю на своем предложении.



следующая страница >>