История русской эмиграции в Соединенные Штаты Америки и, особенно, в Пеннисильванский город Питтсбург, не случайно так интересна для - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
История русской эмиграции в Соединенные Штаты Америки и, особенно, в Пеннисильванский - страница №1/1


Same Origins, Different Perspectives: Russian Jewish Immigration to

Pittsburgh, Pennsylvania



1882-1917 and 1989-1995

Polina Kats

Senior Honors Thesis

June 27, 2001


Введение
История русской эмиграции в Соединенные Штаты Америки и, особенно, в Пеннисильванский город Питтсбург, не случайно так интересна для меня. Во-первых, этот вопрос остается все еще не достаточо изученным историками. Кроме того, он является частью пути моей семьи: ее эмиграция и переселение в США, испытания и трудности – все то, что моя семья оставила за собой в России и что нашла здесь, в США.

Мой подход к теме несколько отличается от того, что для большинства историков стоит за словом “исследование”. Конечно, я, как и любой исследователь, по крупицам собирала и анализиривала опубликованные документы, исследования, периодические издания и статистические источники. Однако все это обилие литературы, часто содержащей противоречивую информацию, так и не давало ясной картины жизни евреев в Российской империи и Советском Союзе в течении последних 250 лет и не объясняло того, что же вызвало несколько волн русско-еврейской эмиграции в США. Слабо изученной также остается и история русско-еврейской колонии в Питтсбурге.

Важнейшим источником, позволяющим лучше узнать о жизни первой волны русско-еврейской эмиграции в Питтсбурге, являются записанные в 1968 г. Питтсбургским отделением Общеамериканской Организации Еврейских Женщин и хранящиеся в ее архиве воспоминания эмигрантов, явившиеся результатом так называемого “Oral History Project”. Эта коллекция помогла мне лучше понять образ жизни и менталитет первой волны русско-еврейской эмиграции.

В то же время, о начале жизни в Америке тех, кто эмигрировал из СССР и прибыл в Питтсбург в конце ХХ века, с последней волной русско-еврейской эмиграции, постоянно писала газета еврейской общины Питтсбурга - “Jewish Chronicle”, периодически знакомившая своих читателей с “новыми американцами” из России.

Новым источником настоящего исследования стали ответы эмигрантов последней волны на те же анкеты, которые использовались в 1968 г. Питтсбургским отделением Общеамериканской Организации Еврейских Женщин для ее “Oral History Project”.

Историческая значимость моего проекта, позволившего мне сравнить и обобщить опыт двух поколений эмиграции, неоспорима. В то же время, когда я собирала материал и писала о четвертой волне русско-еврейской эмиграции, я имела ввиду и опыт моей семьи, включая и меня лично.

В 1989 г. мои родители и я эмигрировали в США и поселились в Питтсбурге. Мне тогда было только 9 лет. Весь строй нашего бытия, вкючая отношение к жизненным ценностям, наши привычки и даже в значительной степени менталитет, постепенно изменились после того, как мы переселились в США. В моем исследовании, опираясь на опыт моей семьи и многих наших знакомых, эмигрировавших в США и поселившихся в Питтсбурге примерно в то же время, как и мы, я попытаюсь проанализировать и дать сравнительную оценку процесса адаптации, через который прошли русско-еврейские эмигранты первой и последней волн.

Как отмечалось выше, первый большой наплыв русско-еврейской эмигрантов в Питтсбург произошел в результате политического кризиса в России, после убийства императора Александра II в 1881 г. и последовавших еврейских погромов, он достиг пика около1882 г. и продолжался до 1917 г. Следующий, крупнейший по размаху приток русско-еврейских беженцев, который сегодня принято называть “четвертой волной эмиграции из России”, также произошел в турбулентный период русской истории, на завершающем этапе перестройки и распада Советского Союза, в 1989-1993 гг. Представители этих двух волн эмиграции характеризуются широким спектром социально-экономических, профессиональных и культурных различий. В тоже время и первая, и четвертая волны эмиграции, происходившие в периоды особой политической нестабильности в Росии, повлекли за собой приток беженцев во многие промышленные центры США, включая и Питтсбург.
Евреи в Имперской России и Советском Союзе
Древнейшие упоминания о проникновении евреев на территорию Закавказья и побережье Черного моря, вошедшие позднее в состав Российской империи, относятся к 586 г. до н.э. Информацию о евреях, поселившихся на этих территориях, дают археологические изыскания древнегреческих колоний на берегах Черного моря и, в частности, многочисленные надписи на могильных камнях. Религиозные преследования, имевшие место в Византийской империи, побудили часть еврейского населения империи двинуться на север, в районы Закавказья и Черного моря, и поселиться в многочисленных существовавших здесь давно греческих колониях.

В VII в., когда арабы начали свои завоевательные войны, и, в частности, двинулись на территорию Персии, многие евреи, проживавшие там, бежали на Кавказ, основав там новые поселения.

Позднее евреи пришли на Русь, где на протяжении всего средневековья рассматривались как сила, враждебная христианству. Вот почему цари, защищая интересы церкви, пытались ограничить присутстве евреев и часто не пускали в страну даже еврейских купцов. Новый приток еврейского населения в Россию произошел после двух разделов Польши в XVIII в. и ее заключителного раздела, проведенного Венским конгрессом в 1815 г., в результате которых несколько миллионов польских евреев фактически оказались пленниками Российской империи. С этого времени правительство России начало говорить о наличии так называемой “еврейской проблемы”, которую ему предстояло разрешить любыми мерами, вплоть до насильственной ассимиляции еврейского населения.

Эта надуманная антисемитами “еврейская проблема” имела две стороны. Во-первых, законное требование еврейского населения России на культурную и религиозную автономию противоречило весьма распространенным в 1830-е и 1840-е гг. взглядам группы русских интеллигентов, называвшим себя славнофилами, которые считали, что, посколько евреи в значительном большинстве не говорили по-русски и не были христианами, они никак не вписывались в задачу создания государственности, “основанной на общности языка и религии и центрированной вокруг деревенской общины”. (1)

Во-вторых, поскольку большинство евреев в первой половине XIX века проживало в сельской местности, недовольство антисемитов вызывала и их роль в деревенской экономике. До последовавшей в 1861 г. отмены крепостного права в России, феодальное законодательство запрещало свободным людям проживать в деревнях на землях, принадлежаших помещикам и государству. Этот вопрос особенно остро стоял на присоединенных к России польских землях, где шляхта стремилась вытеснить еврейство из экономики села.

В течении XIX века власти неоднократно безуспешно пытались законодательно разрешить вопросы проживания, религии и культурной автономии евреев.

Важнеишим шагом царизма, направленным на ограничение экономической активности евреев в крупнейших центрах страны, явилось запрещение им проживать за пределами так называемой “Черты оседлости”. В губерниях, вошедших в состав Черты оседлости, евреи составляли приблизительно одну девятую часть всего населения.

Уже в 1843 г. евреи были насильственно выселены из Киева, где они проживали в течении нескольких веков: законодательство запрещало им проживание им за пределами 50 верст от западной границы Черты оседлости. Условия жизни в Черте оседлости были настолько ужасны, что даже некоторые правительственные чиновники вынуждены были доносить об этом в Санкт-Петербург. Так, губернатор Киевской губернии настаивал, чтобы правительство хотя бы немного сняло имевшие место ограничения.

Значительные изменения в жизни страны произошли в годы правления Александра II (1855-1881), наиболее значимым из которых являлась отмена крепостного права в 1861 г. Для Российских евреев вступление на престол нового императора связывалось с надеждой на ослабление преследований. Уже к первой годовщине своего царствования Александра II отменил рекрутскую систему. Позднее, в 1861 г., император в “Указе об Организации Евреев” сформулировал политику, которая была направлена на обрусение евреев путем вытеснения их из деревни, частичного вовлечения в экономику и изменения культуры. Так, указ впервые допускал еврейских детей к общественному образованию. Пытаясь подрубить на корню экономическую активность евреев в Российской деревне, указ вообще запретил им там проживать и, таким образом, положил начало их вытеснению из села. И, наконец, евреям было запрещено также производить алкоголь и продавать его русским крестьянам. Несмотря на все усилия властей, значительное число российских евреев все же продолжало жить в сельской местности, предпочитая ее городам, и отчаянно сопротивлялось ассимиляции с обществом, которое готово было их признать только при условии отказа от религии своих отцов и матерей.

Несмотря на все претиснения и ограничения, еврейское население фактически продолжало расти в связи с высокой рождаемостью в еврейских семьях, а также имевшим место некоторым развитием местного земского здравоохранения в пореформенной России. (2) Уже к концу XIX в. половина всего еврейского населения планеты проживала на территории Российской империи. Так, согласно данным первой в истории России переписи населения, проведенной в 1897 г., число евреев, проживавших в стране составляло 5,189,440 человек. Интересно отметить, что только 4% еврейского населения проживало в городах черты оседлости, в то время как 33% евреев жили в так называемых “местечках” (shtetl) , а 18% - в деревнях. (3) Обычно такое еврейское “местечко насчитывало несколько тысяч обитателей, и его центром служили местная синагога и рынок.

Основными занятиями евреев в черте оседлости оставались коммерция, ремесло и кустарная промышленность. Интересно отметить, что число ремесленников на этих территориях в три раза превышало средние показатели по стране. (4) Хотя царизм и пытался вовлечь часть еврейского населения в занятие сельским хозяйством, выделив для этой цели специальные территории в южных районах России, эта попытка была обречена на провал: еврейские сельскохозяйственные поселения не смогли абсорбировать огромного наплыва всех тех, кто был изгнан из западных губерний, где был введен запрет для евреев на работу на земле.

Необходимо отметить, что, несмотря на значительные ограничения, небольшой группе еврейского населения, вкючавшей богатых купцов, врачей и некоторых ремесленников, правительство со временем все же разрешило проживание за пределами черты оседлости. Постепенно появились и начали расти еврейские общины в таких больших городах, как Санкт-Петербург, Москва и Одесса, где некоторые евреи стали принимать активное участие в интеллектуальной и культурной жизни.

Пытаясь подорвать религиозные и культурные корни Российского еврейства, император Николай I (1825-1855) ввел рекрутирование евреев в армию на срок до 25 лет. Еврейские общины на местах отвечали за число рекрутируемых, называвшихся кантонистами, возраст которых был от 12 до 25 лет. В целях выполнения квоты, широко практиковалось и похищение еврейских мальчиков (khapers), которым затем давали христианское образование и насильственно заставляли отречься от иудаизма. Число таких мальчиков, ставших кантонистами, было 30-40 тысяч. (5)

Новый экономичекий подъем 1860-х-1870-х гг., последовавший за Крымской войной, выявил значительные возможности и для еврейских бизнесменов, особенно

в области банковского капитала, а в также в экспортной торговле, угольной промышленности и охватившем страну буме железнодорожного строительства. Неожиданное появление в России талантливых еврейских юристов и журналистов, а также удачливых бизнесменов и капиталистов не могло не вызвать определенной общественной реакции. Наступление против национальных меньшинств особенно усилилось после подавления Польского восстания в 1863 г. Новая волна славянофильского национализма в 1870-е гг. привела к усилению антисемитской истерии, открыто раздуваемой со страниц периодической печати. Рупором антисемитов стала, например, газета Новое Время. Евреи были открыто обвинены в попытке создать “государство в государстве “ (6), пресса называла их инородцами, пытающимися доминировать в России. Реакция не гнушалась ничем: в грузинском городе Кутаиси, например, антисемиты в 1878 г. взяли на вооружение не имеющий никакой исторической правды миф о ретуальном убийстве христианских детей, якобы практикуемом евреями, с целью использования их крови для приготовления мацы, выпекаемой на еврейскую Пасху.

Негативной стороной реформы 1860-х-1870-х гг. явился рост социальной нестабильности в России, которая, к сожалению, была использована анархическими элементами. В 1881 г. одна из таких анархических организаций, “Народая Воля”, совершила террористический акт, в результате которого император Александр II был смертельно ранен. Преступление, совершенное народовольцами. было использовано антисемитскими элементами как предлог для начала отрытого наступления против еврейского населения империи. Надежды на улучшение положения, которые часть евреев связывала с правлением Алехсандра II, рухнули. В обстановке развернувшейся в стране истерии, реакция прибегла к хорошо знакомому из истории рецепту: опять виноватыми во всем оказались евреи.

Волна погромов – массового насилия и убийств еврейского населения, зачастую организованных и руководимых полицией с ведома властей, началась в Елизаветограде и прокатилась по юго-западным губерниям России. Согласно слухам, новый император, Александр III выражал симпатию погромщикам. Как пишет американский историк Мартин Малья, погромы, которые так много обсуждала мировая пресса, заставили даже либералов на Западе задать себе вопрос о том, явлется ли Россия действительно просвещенной страной, частью Западной цивилизации (7)

В 1882 г. правительство опубликовало так называемые “Временные Законы”, положившие начало новому периоду преследований и дискриминации евреев. Им было запрещено покупать или рентовать собственость за пределами Черты оседлости, а также жить в деревнях, работать на государственной службе, торговать в воскресные дни и в дни христианских праздников. Растущее чувство неуверенности в завтрашнем дне и страх за себя и своих детей, вызванные анти-еврейской истерией, новым законодательством, погромами и преследованиями в конечном итоге привели к быстрому подъему первой волны русско-еврейской эмиграции в США, прерванной только Первой Мировой войной и большевистской революцией 1917 г.

Следует отметить, что к концу XIX в., с ассимиляцией части еврейства, его политическое самосознание и активность стали постепенно развиваться. Первые еврейские революционеры, вместе с русскими революционерами неразрывно боровшиеся против самодержавия, твердо верили, что “еврейский вопрос” может быть решен только через освобождение всех трудящихся масс от эксплуатации капиталом и через ассимиляцию. Однако имевшее место безразличие со стороны части Российской интеллигенции к подъему анти-еврейской истерии вызвало глубокое разочарование со стороны многих революционеров. В среде еврейского пролетариата росло понимание, что экономическому давлению и социальной дискриминации можно противостоять только при наличии организованного еврейского рабочего движения. В 1897 г. в Вильно была основана еврейская рабочая партия, называвшаяся Algemeyner Yiddish Arbeter , или просто Бунд.(8) Программа этой партии включала борьбу за национальную и культурную автономию для евреев, не выдвигая никаких территориальных претензий. Для улучшения положения еврейского рабочего класса руководители Бунда стремились найти какое–то усредненное решение между частичной ассимиляцией и решением вопроса о праве на проживание. Положительной стороной активности Бунда стала организация профсоюзной активности среди еврейского рабочего класса и формирование отрядов самообороны для защиты против погромов.

Новый император, Николай II (1894-1917), сын Александра III, заявил, что он, как и его отец, будет охранять незыблемые права Российской аристократии. Однако в годы его правления с новой силой развернулись рабочее и профсоюзное движения, а также борьба за политические реформы, свободу слова и всеобщее избирательное право. Если в предшествующие годы полиции удавалось легко подавлять выступления равочих и студентов, теперь их борьба становилась все более успешной. Стараясь задавить на корню анти-правительсвенные выступления еврейских рабочих, власти все чаще стали применять такие излюбленные реакцией меры, как погромы. Так, в 1903 г., после нескольких месяцев антисемитской истерии развернутой местной печатью, в Кишеневе произошел еврейский погром, в результате которого 45 человек было убито. Погромщики разграбили 1300 еврейских домов и магазинов. (9) Издатель местной антисемитской газеты, за свои призывы к погромам, получил даже финансовую поддержку от министра внутренних дела России Вячеслава Плеве. (10) Тот факт, что зачинщики Кишеневского погрома понесли весьма легкие наказания, свидетельствовал о том, что погромы, фактически, стали инструментом правительтвенной политики. В ответ еврейские организации, такие ка Бунд, начали формиривать отряды самооборомы

В 1904 г., стремясь ослабить напряжение внутри страны успешной военной операцией, Россия начала войну против Японии (1904-1905). Во время войны многие газеты открыто обвиняли евреев в предательстве и в сговоре с Японией, а после поражения Российской армии эти обвинения привели к новой волне погромов. За войной с Японией последовала и Первая Русская Революция (1905-1907), на гребне которой был сформириван антисемитский “Союз Русского Народа”, выдвинувший в своей программе задачу полного уничтожения еврейского населения. Кульминационное развитие событий произошло осенью1905 г., когда Николай II опубликовал свой “Манифест 17 Октября”, вводивший, фактически, контиуционную монархию в России. Про-монархичекий “Союз Русского Народа” и его боевые дружины, называвшиеся “Черные Сотни”, при поддержке местных властей и полиции, организивали погромы в более чем 300 городах, в результате которых была убито почти тысяча евреев и несколько тысяч ранены. Чувство безысходности охватило еврейские общины России. Интересно отметить, что после победы большевистской революции многие бывшие члены и лидеры “Черной Сотни” убежали в Германию и поселились в Мюнхене, где вскоре начали сотрудничество с Адольфом Гитлером и главным идеологом его партии Альфредом Розенбергом. (11)

В годы Первой Русской Революции увидела свет подготовленная царской полицией фальшивка Протоколы Старцев Сиона, авторы которой пытались обяснить события революции как результат заговора международных сионистов против святой Руси. “Протоколы” якобы содержали тезисы конференции еврейских лидеров, разрабатывавших планы мирового господства и вменяли евреям попытку коррумпирования страны путем насаждения либеральных идей, подрыва автритета властей, насаждения социальных конфликтов и подготовки революции. (12) Как стало позднее известно, Протоколы были подготовлены и написаны в начале XX века в Париже анонимным автором, работавшем в Охране, русской секретной полиции.

“Протоколы” вышли в свет в 1905 г. и первоначально не привлекле к себе значительного внимания. Однако после победы большевиков их враги стали использовать “Протоколы” с тем, чтобы объяснить революционные перемены в России, а также для оправдания антисемитских погромов в годы Гражданской войны (1918-1920). Позднее, в 1921 г., были опубликованы свидетельства, что “Протоколы” являлись подделкой, отрытым плагиатом, источником которого явилась одна публикация, вышедшая во Франции около1864 г., фактически, направленная против Наполеона III и и не имевшая никакого отношения к евреям.

В феврале 1911 г. либеральная и социалистическая фракции Государственной Думы, парламента России, родившегося во время революции 1905-1907 гг., внесли на рассмотрение предложение о ликвидации Черты оседлости. Право-монархические группировки, такие как “Союз Русского Народа” и “Конгресс Объединенного Дворянства”, бурно реагиривали на это предложение и, получив секретные субсидии от правительства, развернули свою компанию, ратававшую за усиление анти-еврейской политики в стране. Вскоре, когда в Киеве было найдено тело убитого кем-то одиннадцетилетнего мальчика, власти решили использовать этот факт с тем, чтобы обвинить евреев в ритуальном убийстве христианского ребенка. Хотя настоящие преступники были хорошо известны, полиция тем не менее арестовала еврея Менделя Бейлиса, администратора небольшого кирпичного заводика, на территории которого было обнаружено тело убитого.

Бейлис содержался в тюрьме более двух с половиной лет, пока власти пытались состряпать против него дело, фальсифицируя документы и заставляя так называемых “свидетелей” давать ложные показания. Несмотря на все попытки реакции, суд присяжных в 1913 г. единогласно признал Менделя Бейлиса невиновным. В то же время “Дело Бейлиса” получило огромный политический резонанс: оно не только привлекло внимание мировой общественности к положению евреев в имперской России, но также способствовало консолидации прогрессивной русской интеллигенции в оппозицию к царизму. (13)

Приход в октябре 1917 г. к власти большевиков, обещавших равенсто всех народов Росии перед законом, вызвал надежду и энтузиазм среди многих угнетенных наций, включая и евреев. Начинается короткий период еврейской политической и социальной активности. Впервые были сняты ограничения на литературу, публикуемую на хибру и идише. Советское государство проявило заботу и о развитии светского образования и в районах с еврейским населением открыло школы и классы с преподаванием на языке идиш.

В то же время тот факт, что среди многих влиятельных деятелей большевистской партии было значителное количество лиц еврейской национальности, многие из которых, как Троцкий, Каменев, Зиновьев и Свердлов фактически занимали ключевые позиции в Советском правительстве, не мог не вызвать подъема антисемитских настроений среди врагов революции, развернувших анти-еврейскую компанию в годы последовавшей за революцией Гражданской войны (1918-1920). Теперь евреев клеймили уже в подготовке и осуществлении революции в России. На территориях, временно контролируемых националистами и Белой Армией, начались притеснения и прошла волна погромов, заставивших многих евреев открыто повернуться в сторону Советской власти и ее Красной Армии, обещавшим и защиту, и спасение. Вот почему многие молодые евреи с энтузиазмом влились в ряды Красной Армии и в годы Гражданской войны сражались за Советскую власть, видевшую в те годы в них полноправных граждан Советской России. (14)

1920-е гг., особенно период, когда В. Ленин все еще номинально руководил Советским правительством, были относительно спокойным временем для еврейского населения. Ленин считал, что успех Советской власти в значительной степени зависел от правильного осуществления национальной политики, основанной на союзе наций и народностей СССР. (15) В этот период в стране шло бурное развитие еврейской культуры, открывались еврейские школы и синагоги. В духе революционных преобразований была сделана попытка создания светской еврейской культуры, велась проповедь атеизма и критиковалась религия. (16) Была даже введена цензура на еврейскую литературу. (17)

Позднее, в страшные годы сталинских “чисток” (1937-1939) евреи стали систематически преследоваться. Многие талантливые писатели, поэты и актеры были арестованы, сосланы и убиты. (18) Именно тогда Советское еврейство и стало терять свои национальные черты.

В годы Великой Отечественной Войны (1941-1945) многие евреи влились в ряды Советской Армии. Большинство из тех, кто не успел эвакуироваться, включая и моих родственников, погибли на территориях, оккупированных фашистскими войсками. Были случаи когда соседи прятали евреев в своих домах или когда крестьянки, находившие раненых еврейских бойцов, выхаживали их до полного выздоровления. К концу войны среди Советских евреев значительно возросло колчество смешанных браков, что во многом определило и отношение, бытующее среди современной русско-еврейской эмиграции к проблеме таких браков.

Значительный удар по культуре Советских евреев был нанесен после войны, в период между 1945 г. и 1953 г., когда умер И. Сталин. Негативную роль сыграла и нацистская пропаганда, засевшая в сознании части населения, оставшегося на оккупированной терротории и перемешавшаяся с Советской идеологией. К тому же именно в этот послевоенный период Советское правительство и сам И. Сталин начали открыто поддерживать антисемитизм в стране. Многочисленные представители еврейской интеллигенции были арестованы, расстреляны, многие в те годы потеряли работу. Евреи начали подвергаться нападкам даже со стороны тех, с кем они жили рядом в течении многих лет. (19) Еврейские имена были фактически вычеркнуты из анналов Советской истории, а в опубликованном в 1952 г. издании Большой Советской Энциклопедии евреям было уделено только четыре коротких колонки. (20) Вершиной антисемитской истерии Сталина стало так называемое “Дело врачей”, когда ведущие специалисты-медики, долгие годы проработавшие в Кремлевской больнице, были обвинены во вредительстве, имевшем целью погубить Советских руководителей через заведомо неправильное лечение.

В 1953 г., после смерти Сталина, когда Никита Хрущев пришел к власти, пресловутое “Дело врачей” было открыто названо фальшивкой, а оставшихся в живых врачей реабилитировли. Однако сам Н. Хрущев, будучи антисемитом, как и Сталин, рассматривал евреев “безродными космополитами” и даже ввел специальные нормы, регулировавшие для каждой Советской республики количество евреев среди наменклатуры. (21) Такие же процентные “нормы” определяли и количество евреев, принятых для обучения в университеты и институты страны.

Однако именно в это время советские евреи стали более часто обращаться к властям за разрешением на право эмигрировать в Израиль. В 1963-1964 гг., после долгих мытарств, небольшой группе евреев наконец было позволено эмигрировать, однако вскоре и эти “ворота к свободе” были снова закрыты. Леонид Брежнев, пришедший к власти в 1964 г., еще более ограничил права человека в СССР, практически лишив евреев даже законного права исповедовать свою религию. Интересно отметить, что несмотря на аресты и преследования, среди еврейской молодежи в те годы значительно вырос интерес к своей культуре и религии. Многие впервые начали отмечать еврейские религиозные праздники, особенно такие, как Йом Киппур или Тиша Би Ав. Эта молодежь не желала полностью ассимилироваться, в действующих подпольно кружках, под угрозой ареста, изучались хибру и иудаизм.

Многие из тех, кто по-прежнему мечтал эмигрировать из СССР, были занесены в специальные списки, составленные КГБ, за ними, как впрочем и за многими другими молодыми евреями, стремившимися проводить вместе все свободное время в популярных в те годы “еврейских компаниях”, была установлена слежка. В 1972 г. на короткое время Советское правительство снова позволило эмиграцию из страны, и тысячи евреев обратились к властям за разрешением на выезд. (22) Необходимо отметить, что до 1975 г. советские евреи эмигрировали главным образом в Израиль и только начиная с 1975 г. им было позволено направляться в США.

В 1982 г. снова поседовал запрет на эмиграцию, началась новая волна преследований. Анти-еврейские программы широко демонстрировались с экранов телевидения, аналогичные материалы публиковались и периодической печатью. Печальную известность приобрела в эти годы и ультра-националистская антисемитская организация “Память”. (23) Члены ее отрыто обвиняли евреев не только в разрушении памятников русской истории и культуры, но даже и в искусственном насаждении алкоголизма среди широких слоев населения. В те годы многие евреи, имевшие контакты с заграницей или посещавшие синагогу, теряли работу, исключались из высших учебных заведений и даже арестовавались. (24)

Наконец, в 1987 г. Михаил Горбачев, начавший перестройку в СССР, отрыл шлюзы, упростив процесс эмиграции из страны. К началу 1989 г. экономическая ситуация внутри СССР обострилась до небывалых масштабов и вырос антисемитизм. Ультра -националистская организация “Память” усилила свою активность и стала преследовать и даже убивать еврейских лидеров. Советские евреи уже более не чувствовали себя в безопасности в стране, где они родились и выросли. (25) Используя возможности, открытые перестройкой, в 1989 г. они начали свой исход из Советского Союза.

Таким образом, политическая и экономическая ситуации, а также государственный антисемитизм, существовавшие в дореволюционной и Советской России, вызвали четыре волны еврейской эмиграции на Запад. Люди, в разное время, но навсегда покинувшие страну, где их преследовали и где им запрещалось быть верными традициям и религии своих предков, имели разный опыт “акклиматизации” в США. Спектор их знаний об иудаизме, их религиозный опыт, желание, а зачастую и нежелание участвовать в религиозной и культурной жизни американских еврейских общин, степень и уровень их контактов с неевреями были различны с каждой новой волной эмигрантов, прибывавшей в США из России. К сожалению, некоторые из них так и не смогли изменить себя и по-настоящему влиться в еврейскую жизнь Америки, оставшись навсегда только пассивными наблюдателями.


Русские евреи в Питтсбурге
Как уже отмечалось, систематические преследования со стороны властей России, а также издевательства и угрозы со стороны рядовых граждан побудили тысячи Российских евреев покинуть свою родину в период между 1882 и 1917 гг. Только за три с половиной года (октябрь 1882-апрель 1886 гг.) 50,000 русских евреев эмигрировало в США. Число еврейских беженцев особенно возрасло в период между маем 1886 г. и декабрем 1897 г., когда в США прибыло более 90,000 человек. Кульминационным же моментом в процессе первого исхода из России стал период с января 1888 по май 1889 гг., когда ежемесячно около 26,000 русско-еврейских эмигрантов прибывало в различные порты США. (26) Общее число беженцев из России за период между 1899 и 1924 гг. составило 258,983, из них 91,5% осело в северо-восточных, средних и западных штатах. Вновь прибывшие боялись жить на юге США, где ощущалась открытая неприязнь не только к иностранцам вообще, но в особенности к евреям и католикам. (27)

Вот почему подавляющее большинство еврейских эмигрантов, прибывших в США из Росии, поселилось в эти годы на Восточном побережье. Уже в 1900 г. 56,9% этих новых американцев нашли работу в промышленности, 20,6% - в торговле, 8% - в сфере услуг, 7% - в религиозных и общественных организациях, 1,7% - на транспорте и в системе коммуникаций, 0,5% - в сельском хозяйстве, рыбной и добывающей промышленностях, 2,6% - в системе образования. (28) Вновь прибывшие характеризовались готовностью к самоусовершенствованию как к источнику социальной мобильности в США. Те, кто прибыл в Питтсбург, поселились в кварталах, расположенных на холме (Lower Hill) вокруг Центральной авеню. Их соседями здесь были евреи выходцы из Германии. (29)

Интересно отметить, что до начала 1880-х гг. 75% эмигрантов, поселивших в Западной Пеннсильвании, прибыло из Северной Европы, и только 25% - из Восточной и Южной Европы. Начиная с1882 г. это соотношение стало меняться. В период между 1890 и 1900 гг. число эмигрантов из славянских стран практически удвоилось. Среди вновь прибывших, наряду с выходцами из Италии и Австрии, стали доминировать поляки, русские, словаки и другие представители славянских народов Европы. По неполным данным, в 1920 г. в Пеннсильвании проживало около 20.000 выходцев из России. (30)

В 1968 г. Питтсбургское отделение Общеамериканской Организации Еврейских Женщин осуществило так называемый “Oral History Project”, результатом которого стала коллекция воспоминаний еврейских эмигрантов, прибывших в Питтсбург из раличных стран, в том числе и из России, начиная с 1900 г. Специально составленные анкеты (Приложение 1), включавшие 78 вопросов, объединеных в четырнадцать разделов, давали участникам этого необычного демографического эксперимента возможность рассказать о своей жизни в России, об эмиграции в США, а также и о том культурном и личном опыте, через который все они прошли по прибытии в новую страну. Ниже приведены названия каждого из разделов анкеты и количество вопросов в нем.



  1. Ваша жизнь в Европе - 10 вопросов;

  2. Причины эмиграции из Европы – 3 вопроса;

  3. Ваши воспоминания о прибытии в США – 8 вопросов;

  4. Ваши первые годы жизни в США – 3 вопроса;

  5. Ваш первый дом в Питтсбурге – 3 вопроса;

  6. Выполняемая работа в Питтсбурге – 9 вопросов;

  7. Ваш новый культурный и общеобразовательный опыт, приобретенный в Питтсбурге - 9 вопросов;

  8. Ваша духовная жизнь в Питтсбурге – 4 вопроса;

  9. Проблемы вашего здоровья в Питтсбурге – 2 вопроса;

  10. Организации, которые помогли вам начать жизнь в Питтсбурге – 6 вопросов;

  11. Дружеские отношения, которые помогли вам начать жизнь в Питтсбурге – 6 вопросов;

  12. Ваша политическая активность – 4 вопроса;

  13. Ваша семейная жизнь – 8 вопросов;

  14. Воспитание детей – 4 вопроса.

Анализ этих анкет позволяет заключить, что большинство русско- еврейских эмигрантов, прибывших в Питтсбург в период между 1900 и 1917 гг., еще в России получило еврейское образование, поскольку другие, нееврейские школы оставались или закрытыми для них, или просто не существовали в тех местах, где они жили до эмиграции. (31) Почти все отвечавшие указывали на тот сенсационный факт, что по прибытии в США они стали менее религиозными, и, по-своему, даже старались внутренне “восстать” против традиций и привычек, принесенных ими из в жизни в еврейских гетто России. (32) Этим, вероятно, объясняется и широкий спектр ответов, относящихся к духовной жизни эмигрантов в Питтсбурге: от эпизодического посещения синагоги, до регулярного, со строгим соблюдением законов и правил кошрута и празднованием всех религиозных праздников. В то же время абсолютно все участники так называемого “Oral History Project” в своих ответах указывали, что они гордятся быть евреями и исповедовать иудаизм. (33)

Все вновь прибывшие влились в различные конгрегации многочисленных синагог города, однако большинство из них все же не стало активными их членами. Так, вопреки религиозному запрету работать по праздникам и субботам, значительное число опрошенных честно признавалось в нарушении этой тысячелетней традиции. (34) Такие “бунтари” вообще не соблюдали кошрута и многих других законов иудаизма. Представители этой волны русско-еврейской эмиграции не отличалась и щедростью своих пожервований, что также шло в разрез с иудаистической традицией: получая, например, по прибытии значительную помощь от различных еврейских филантропических и релиозных организаций Питтсбурга, включая и организацию классов английского языка, проведение разнообразных лекций и других культурно-образовательных мероприятий через фонд семьи Кауффман, эти эмигранты, начав работать, не спешили открывать свой кошельки с тем, чтобы помочь другим. (35) Некоторые “новые американцы” , стремясь оторвать себя от религии и расствориться в новой социальной среде, стремились оградить своих детей вообще от какого-либо религиозного образования. Такое “отсутствие” религиозности становится особенно заметным, когда перелистываешь пожелтевшие от времени страницы газеты еврейской общины The Jewish Criterion и, особенно, ее раздел объявлений, зачастую не имевший никакого отношения к иудаизму. (Приложение Б.) Например, газета широко рекламировала некошерные рестораны и в канун Рождества призывала своих читателий не забывать покупать подарки в универмаге, принадлежавшем уже упомянутой выше семье Кауффман. (36).

Хотя большинство эмигрантов было выходцами из небольших еврейских местечек и никогда не жило в городах, они, как это следует из анкет, не были потрясены городской жизнью. (37) Все отвечавшие писали, что они были счастливы воссоединиться с родственниками, однако сам город не поразил их. Вероятно, многие к моменту приезда имели в головах свое представление о городе, которое противоречило тому, что они увидели в индустриальном Питтсбурге, прокопченном от дыма многочисленных сталелитейных заводов.

Из анкет также следует, что до революции 1917 г. подавляющее большинство русских евреев из местечек, являвших собой замкнутые коммуны, не имело каких-либо личных контаков с неевреями, кроме чисто деловых отношений. (38)

Существовавший в Имперской России принцип “разделяй и властвуй” вел не только к государственной дискриминации еврейского населения, но также и к преследованиям и надругательствам со стороны части неевреев. Этим и объясняется отсутстве дружбы, а зачастую даже враждебное отношение к неевреям, особенно среди тех, чьи родственники стали жертвами погромов. По прибытии в Питтсбург, отношения к неевреям стали коренным образом меняться, и, хотя большинство вновь прибыших и поселилось в еврейских кварталах города, как можни судить из анкет, скоро они установили дружеские взаимоотношения с неевреями, перешедшие в дружбу, продолжавшуюся для многих десятилетиями. (39)

Интересным аспектом истории русско-еврейской эмиграции, который также осветил “Oral History Project”, является и отношение первого поколения эмигрантов к проблеме смешанных браков с неевреями. Национальная разобщенность в Имперской России вела к тому, что такие браки ялялись не только крайне редкими, но и непривычными и осуждаемыми как евреями, так и неевреями. Вот почему подавляющее большинство анкетируемых негативно относилось к смешанным бракам (40). Такое отношение коренным образом противоречило факту, что большинство русско-еврейских эмигрантов, поселившихся в Питтсбурге, были людьми не религиозными. Следовательно, и иудаизм для них был скорее культурным явлением, чем каждодневной религиозной практикой. Поэтому эти “новые американцы” и стремились сохранить и передать новым поколениям все аспекты своей, принесенной из России национальной еврейской культуры, за исключением тех, которые были откровенно религиозными.

Поражает и отношение первого поколения эмигрантов к вопросам воспитания и обучения детей. Здесь, в США, они столкнулись с фактом, что американцы были менее строги с детьми, давали им больше свободы, чем в Имперской России. Это, как отмечали анкетируемые, заставило их пересмотреть и свое отношение к вопросам воспитания детей, и они стали делать это с оглядкой на американские семьи и абсолютно иначе по сравнения с тем как их самих растили родители. (41)

Как известно, любой эмигрант, навсегда покинувший свою Родину, проходит через определенный длительный период адаптации к новой жизни, которая включает “географическую” адаптацию к месту жительства и его языковой среде, адаптацию к новому социальному статусу, например, такому, как “новый американец”, а также социальную адаптацию в новом обществе. Для большинства представителей первой волны эмиграции в Питтсбурге этот болезненый процесс, как следует из анкет, занял около пяти лет жизни.

Для эмигранта в новой стране в первую очередь очень важно не чувствовать себя изгоем, стоящим на задворках общества. С этой точки зрения легко увидеть большую разницу в адаптации к новой жизни между первым и четвертым поколениями русско-еврейской эмиграции: те, кто приехал в Питтсбург в период между 1882 –1917 гг., указывали в своих ответах, что с самого начала чувствовали себя прекрасно в новой среде и никогда не ощущали никакой дискриминации или дискомфорта в США. (42) Одной из причин довольно легкой адаптации этой волны эмигрантов стало то, что их прибытие в США влилось в поток эмиграции, хлынувший в США из Европы в 1880-е –1890-е гг. Всех этих “искателей счастья” объединяло общее видение Америки как страны безграничных возможностей как для себя, так и для своих детей. Здесь, в США, в этом, как любят говоритпь сами американцы, огромном “плавильном котле”, все эмигранты быстро начинали чувствовавать себя как бы частью того, что принято называть американской нацией.

Несколько иной выглядит ситуация с последней, четвертой волной эмиграции из России, которая поднялась в заключительный период истории Советского Союза, с развертыванием политики перестройки и гласности, начатых М. С. Горбачевым в 1985 г. Этот последний президент Советского Союза широко открыл ворота для еврейской эмиграции из СССР. Уже в 1998-1999 гг. первые представители новой волны эмиграции стали прибывать в города США, вкючая и Питтсбург. Развертывание эмиграции из СССР происходило в турбулентных условиях экономического и политического кризиса Советской системы, который, в конечном итоге привел к ее дезинтеграции. Одним из характерных его проявлений стал подъем антисемитских настроений среди отсталой части населения, выразителем которой и была ультра-националистическая организация Память”, открыто обвинявшая евреев во всех ошибках и провалах социалистического строительства в СССР.

Автор настоящей работы попросила представителей последней волны эмиграции заполнить те же анкеты, которые более тридцати лет назад заполняли остававшиеся еще в живых представители первой волны для уже упоминавшегося “Oral History Project”, проведенного Общеамериканской Организацией Еврейских Женщин. Свежие воспоминания тех, кто недавно переселился в США, повествуют о сложностях экономического, психилогического и культурного процессов адаптации, через который прошли эти “новые американцы”, ставшие членами русской общины Питтсбурга.

Начать, вероятно, надо с того, что многие американцы, которых многочисленные синагоги Питтсбурга в конце 1980-х гг. отправляли в местный аэропорт встречать беженцев из России, ожидали “увидеть людей, которые хотя бы в какой-то степени напоминали висевшие в их домах портреты родственников, прибывших в США из маленьких еврейских местечек в 1880-х, 1890-х и начале 1900-х гг. Более того, они ожидали, что вновь прибывшие будут безумно благодарны им и за совет, и за помощь”. (43) Однако реальность была совсем другой: беженцы из СССР не приезжали со слезами умиленья на глазах, смиренно опустив головы и держа шапки в руках. В конце 1980-х гг. подавляющее большинство эмигрантов из России составляли хорошо образованные специалисты с опытом работы в различных отраслях экономики. Большинство из них до эмиграции проживало в больших и средних городах Российской Федерации, Украины и Белоруссии, среди них было много бывших москвичей и ленинградцев. К тому же, по дороге в США, в ожидании въездной визы, им пришлось пожить некоторое время (от пары месяцев до года и больше) и даже приодеться в Австрии и Италии. (44) Самих вновь прибывших удивлял вид из окон автомашин, уносивших их из Питтсбургского аэропорта в новую, неизведанную жизнь: и вправду оказалось, что Америка – страна одноэтажная, что подавляющее большинство жителей Питтсбурга, как в прочем и в большинстве других городов США, живет не в квартирах, как это было в городах СССР и Европы, а в частных домах.

Представители последней волны эмиграции не только внешне, но и внутренне отличались от тех, кто прибыл в США в конце XIX – начале XX вв. Сам стиль жизни в Советском Союзе ломал барьеры между людьми различных вероисповедований и национальностей. Так, начиная с конца 1920-х гг., в результате развернувшейся в СССР так называемой “культурной революции” и начатой большевиками массовой атеистической пропаганды, в стране были закрыты все религиозные школы, в том числе и еврейские. К тому же, в эти первые “романтические годы” Советской истории, многие еврейские юноши и девушки, вдохновленные обещаниями Коммунистической партии построить лучшую жизнь для всех трудящихся России, рванулись из местечек в большие индустриальные центры страны с тем, чтобы своей работой и учебой (многие из них стали студентами рабфаков) помочь партии быстрее построить обещанное ею светлое будущее. В условиях индустриализации, начавшейся в СССР в годы Первой пятилетки, сама жизнь, окружавшая эту еврейскую молодежь, толкала ее, как и молодых представителей других национальностей и вероисповедований, к духовной, культурной и лингвистической ассимиляции, основанной на общности русского языка и только рождавшейся новой, социалистической культуры. Эта ассимиляция поддерживалась и Советским государством, провозгласившим русский язык государственным языком СССР.

Вновь прибывшие с последней волной эмигранты жили и работали в СССР в самом тесном контакте с представителями других народов и вероисповедований. (45) В конце XX в. в СССР более уже не существовало никаких замкнутых коммун, основанных на какой–либо национальной или религиозной принадлежности. Отношения, основанные на дружбе между представителями разных народов и религий, а также мнгочисленные смешанные браки стали совершенно естесвенной нормой образа жизни. Вот почему и в США для эмигрантов не представляло большой трудности начать жизнь и завязать отношения в новых этнических и расовых условиях.

Как отмечалось, отношение к смешанным бракам коренным образом изменилось среди нескольх поколений, выросших за годы Советского режима. По сравнению с первой, последяя волна эмиграции представляет весьма разительный пример. Подавляющее большинство из тех, кто принял участие в анкетировании, писали о том, что, в принципе, национальность и религия не играют большой роли в семейной жизни, хотя иногда меньше проблем, если если партнеры “равны”. (46) Опрос показал также, что каждый эмигрант имеет хотя бы одного члена семьи, родственника или, по крайней мере, знакомого, женатого на представителе другой религии или национальности. Как и те, кто приехал в США из России столетие тому назад, современные эмигранты не очень религиозны. Воспитанные в СССР духе атеизма, они искренне верят, что любовь и преданность, а не религия, определяют счастье в семейной жизни.

Давольно трудно дать оценку взглядам представителей последней волны эмиграции к вопросам воспитания детей, потому что только большинство из опрошенных имеют детей, родившихся в СССР и приехавших в Питтсбург, имея опыт детского сада или, по крайней мере, после окончания одного или двух классов Советской школы. Однако большинство родителей пишет о смущающем их факте, поскольку их дети, как им кажется, оказались между двух культур, русской и американской. (47) Часто проблемой для родителей является какую позицию занять, какие общечеловеческие ценности особенно важны в новой жизни и надо ли вообще поощрять культурный плюрализм в детях. Они уже не могут подходить к вопросам воспитания с мерками и идеалами, продолжающими доминиривать в их сознании после жизни, прожитой в СССР. В поиске ответов на эти вопросы, такие родители чаще, чем это было сто лет тому назад среди представителей первой волны эмиграции, стремятся дать своим детям еврейское образование, то, чего сами они были совершенно лишены, живя в СССР.(48) Наблюдая за воспитанием детей в американских семьях, эти родители, сами выросшие в условиях авторитарной системы, предоставляют своим детям больше свободы выбора и зачастую менее строги, чем были их собственные родители.

Интересным также является и отношение новых эмигрантов из России к религии. В то время как для представителей первой волны русско-еврейской эмиграции религия, по краиней мере на момент их въезда и начала жизни в США, была важным аспектом быта, то сегодня ситуация с религиозной жизнью эмигрантов совсем иная. Подавляющее большинство из них с детства было насильственно оторвано от религии. Вот почему многие из них, особенно представители старших поколений, стараются “открыть” для себя религию. Нельзя сказать, что все они становятся ортодоксами, однако большинство из них, в отличии от первого поколения эмиграции, стремятся узнать как можно больше об иудаизме. Они с удовольствием участвуют и программах по изучению религии, предлагаемых Питтсбургским Еврейским Коммунальным Центром. (49) В местной синагоге “Бет Шалом” более 10 лет сущетвует клуб “Новых Американцев”, а в 1990 г. многие супружеские пары, прожившие вместе много лет и имеющие детей, возобновили свой брак через массовую религиозную церемонию в синагоге “Три оф Лайф”. (50) Все вновь прибывшие эмигранты, как и представители первой волны, стали членами местных синагог, которые они посещают периодически по субботам и всегда в дни больших религиозных праздников, как в Йом Кипур, например. В целом, это поколение эмиграции значительно более активно в религии, чем русские евреи приехавшие в Питтсбург столетие назад. И даже те из них, кто вынужден работать по субботам, никогда не работают в дни больших религиозных праздников. (51)

Русско-еврейская эмиграция конца XX в. более щедра и в благотворительных пожертвованиях. Все те, кто согласился участвовать в анкетировании, отмечали, что они регулярно дают деньги в различные еврейские благотворительные фонды, например, в Jewish National Fund.(52)Не только родители, но и их дети учатся следовать еврейским заветам, посещая еврейские школы Питтсбурга, такие как The Community Day School, Hillel Academy и Yeshiva.

Лето эти дето проводят в еврейских лагерях, в лагере им. Эммы Кауффман, JNR или NOAR, возможность, о которой их родители могли только мечтать. Дети активно участвуют в жизни конгрегаций, которые готовят их к Бар и Бат Мицвах (еврейское религиозное совершеннолетие).

Из поколения к поколению продолжают быть очень острыми вопросы адаптации эмигрантов к новой жизни. Следует отметить, что для сегодняшние эмигранты имеют совершенно другой опыт по сравнению с теми, кто прибыл в США в конце XIX начале XX вв. Многие анкетируемые, например, указывали, что часто чувствуют себя “другими”, что нередко, к сожалению, встречают откровенную недоброжелательность, потому что они “другие” или потому, что не говорят свободно по-английски. (53) Объяснение можно, вероятно, найти в том, что в период между 1917 и 1989 гг., между первой и последней волнами русско-еврейской эмиграции, изменения эмиграционного законодательства, значительно усложнившего и ограничившего эмиграцию в США, повлеко за собой, как цепная реакция, меньшую приемлимость и открытость американцев к чуждой для них эмигрантской культуре. Вот почему часть населения США сегодня, по сравнению с тем, как это было столетие назад, менее радушно относится к вновь прибывающим, особенно если они еще с трудом выражают себя на английском языке. (54) Что же касается самих эмигрантов, то представители старшего поколения, оторванные от привычной для них культуры, естественно ощущают определенные психологические барьеры, адаптируясь к новой жизни в США.

Как и столетие назад, эта адаптация обязательно включает посещение классов английского языка, а также лекций, концертов и театральных представлений, приглашения в Американские семьи на общеамериканские и религиозные праздники. И те, кто участвовали в анкетировании проведенном в 1968 г., и новые эмигранты указывали, что они регулярно читали и читают The Pittsburgh Post или, как ее сегодня называют, The Pittsburgh Post-Gazette

Таким образом изучение русско-еврейской эмиграции в Питтсбурге свидетельствует о том, что последняя волна эмигрантов, являясь более ассимилириванной и выросшей в культурной и языковой среде бывшего Советского Союза, во многом отлична от представителей эмиграции конца XIX начале XX вв. Гигантская социально-политическая трансформация всего общества, начатая большевистской революцией и продолжавшаяся на протяжении всей истории Советской власти, повлекла за собой и колоссальные изменения в жизни российского еврейства. Вот почему опыт нового поколения эмиграции, ее приспособление к жизни в США и, соответственно, реакция на эту жизнь столь отличны от того, что испытали и через что прошли представители первой волны.


Abbreviations

OHP – National Council of Jewish Women, Oral History Project

IBA – Individuals interviewed by author

Notes

1. http://www.friends-partners.org



2. Nadell, Pamela S “En Route to the Promised Land” in Orlitzky, Kerry M. ed., We

are Leaving Mother Russia: Chapters in the Russian Jewish Experience.

Cincinnati: The American Jewish Archives, 1990, 11.

3. Simon, Rita. In the Golden Land: A Century of Russian and Soviet Jewish



Immigration in America. Westport: Praeger, 1997, 5.

4. Ibid., 7.

5. http://www.friends-partners.org

6. http://heritagefilms.org

7. Malia, Martin. Russia under Western Eyes: From the Bronze Horseman to the

Lenin Mausoleum. Harvard University Press, 2000, 175.

8. Professors David Mendelsson and Jonathan Kaplan., lectures in a program entitled



The Zionist Idea to the Israeli State: History, Society, and Identity.

Hebrew University of Jerusalem, Rothberg International School.

July 4, 2000.

9. Ibid,. July 6, 2000.

10. Klier, John D. and Schlomo Lambroza eds. Pogroms: Anti-Jewish

Violence in Modern Russian History. Cambridge: Cambridge

University Press, 1992, 196.

11. Malia,Russia Under Western Eyes, 351.

12. Klier and Lambroza, 192.

13. http://www.friends-partners.org

14. Orleck, Annelisse. The Soviet Jewish Americans.

Westport: Greenwood Press, 1999, 18.


  1. Ibid., 21.

  2. Ibid., 23.

  3. Blum, Arlen V. Jewish Problem Under Soviet Censorship 1917-1991.

St Petersburg: St. Petersburg Jewish University, 1996, 48.

17. Snyderman, Elaine Pomper, Witkovsky, Margaret Thomas eds. Line Five,The



Internal Passport, Jewish Family Odesseys from the USSR to the

USA. Chicago: Chicago Review Press, 1992, 6.

  1. Orleck, The Soviet Jewish Americans, 32.

  2. Ibid., 37.

  3. Ibid., 40.

21. Snyderman and Witkovsky. Line Five, The Internal Passport, 55.

22. Orleck, Annelisse.“ from The Soviet Jewish Americans, 66.

23. “Soviet Jews(II), Testimony of Judy Balint, Chair Seattle Action for Soviet

Jewry” from The Struggle for Religious Survival in the Soviet Union: Testimony



Presented at Hearings of the National Interreligious Task Force on Soviet

Jewry 1985-1986. American Jewish Committee, 11.

24. Korey, William. Russian Antisemitism, Pamyat, and the Demonology



of Zionism. Switzerland: Harwood Academic Publishers, 1995, 47.

25. Glazier, Ira A ed. Mogrations From the Russian Empire: Lists of



Passengers Arriving at US Ports. Vols 1-4. Baltimore:

Genealogical Publishing Company, 1995-1997.

26. Govorchin, Gerald. From Russia to America with Love: A Study of Russian

Immigrants to the United States. Pittsburgh: Dorance Publishing Co., Inc., 1993,

82.


27. Simon, In the Golden Land, 30.

28. Bodnar , John, Rodger Simon, Michael P. Weber, eds.



Lives of Their Own: Blacks, Italians, and Poles in Pittsburgh 1900-1960.

Chicago: University of Illinois Press, 1983, 24.

  1. http://www.nauticom.net

  2. IBA

  3. OHP

  4. OHP

  5. OHP

  6. OHP

  7. Jewish Criterion (December 1911).

  8. OHP

  9. OHP

  10. OHP

  11. OHP

  12. OHP

  13. OHP

  14. Simon, 74.

  15. IBA

  16. IBA

45. IBA

  1. IBA

  2. IBA

  3. Jewish Exponent (April 1995): 8.

  4. Jewish Bulletin (September 1994): 3.

  5. IBA

  6. IBA

  7. IBA

53. US Department of Justice, Immigration and Naturalization Services.

An Immigrant Nation: United States Regulation of Immigration, 1798-1991, 20.

54. OHP
.


Bibliography

Archival Sources


Archives of Industrial Society, Pittsburgh PA

National Council of Jewish Women, Oral History Project vol. 1, 1968


Interviews

10 Russian Immigrants who Immigrated between 1989 and 1992, Pittsburgh PA, November – December 2000.


Primary Sources

US Department of Justice, Immigration and Naturalization Services.



An Immigrant Nation: United States Regulation of Immigration, 1798-1991.

---------The Struggle for Religious Survival in the Soviet Union: Testimony Presented at



Hearings of the National Interreligious Task Force on Soviet Jewry, 1985-1986.

The American Jewish Committee, 1986.

Newspapers



Jewish Bulletin of Northern California

The Jewish Criterion


Jewish Exponent
Books

Blum, Arlen V. Jewish Problem Under Soviet Censorship 1917-1991.

St Petersburg: St. Petersburg Jewish University, 1996.

Bodnar , John & Rodger Simon & Michael P. Weber, eds.



Lives of Their Own: Blacks, Italians, and Poles in Pittsburgh 1900-1960.

Chicago: University of Illinois Press, 1983.

Glazier, Ira A ed. Mogrations From the Russian Empire: Lists of



Passengers Arriving at US Ports. Vols 1-4. Baltimore:

Genealogical Publishing Company, 1995-1997.

Govorchin, Gerald. From Russia to America with Love: A Study of Russian

Immigrants to the United States. Pittsburgh: Dorance Publishing Co., Inc., 1993.

Klier, John D, Shlomo Lambroza eds. Pogroms: Anti-Jewish



Violence in Modern Russian History. Cambridge: Cambridge

University Press, 1992.

Korey, William. Russian Antisemitism, Pamyat, and the Demonology

of Zionism. Switzerland: Harwood Academic Publishers, 1995.

Malia, Martin. Russia Under Western Eyes: From the Bronze Horseman to the Lenin



Mausoleum. Cambridge: Harvard University Press, 2000.

Olitzky, Kerry M, ed. We Are Leaving Mother Russia: Chapters in the Russian-Jewish



Experience. Cincinnati: The American Jewish Archives, 1990.

Orleck, Annelise. The Soviet Jewish Americans. Westport: Greenwood Press, 1999.

Simon, Rita. In the Golden Land: A Century of Russian and Soviet Jewish Immigration

to America. Westport: Praeger, 1997.

Snyderman, Elaine Pomper & Margaret Thomas Witkovsky eds. Line Five, The



Internal Passport: Jewish Family Odysseys from the USSR to the USA.

Chicago: Chicago Review Press, 1992.
Internet Sources

Friends and Partners - http://www.friends-partners.org



Heritage Films - http://heritagefilms.org

http://www.nauticom.net - (old website, domain name now owned by a telephone company)