Элдерсон Дуг - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Почему подросток не хочет учиться 1 72.43kb.
Инструкция по работе с сервисом «sms-платеж» 1 218.94kb.

Элдерсон Дуг - страница №1/22


Элдерсон Дуг

Хранители откровений. Странствия во имя коренных американцев и Земли




География эзотерики –


«Хранители откровений. Странствия во имя коренных американцев и Земли»: ОАО "Издательская группа "Весь"; Санкт-Петербург; 2011

ISBN 978-5-9573-2043-2

Предисловие

Друг предложил озаглавить ту часть книги, в которой я описываю свой поход через Соединенные Штаты, так: «Прогулки по рейгановской Америке». Он так и сказал: «Ведь дело происходило в восьмидесятые, в самый разгар холодной войны, а пертурбации восьмидесятых сейчас в обществе на слуху. Каждый захочет купить книгу с таким названием».

Я вежливо улыбнулся в ответ. Он хотел как-то помочь мне, но я постарался объяснить ему, что описанные в этой книге путешествия имеют крайне мало общего с политикой времен холодной войны. В действительности я написал книгу о путешествии по Америке коренных индейцев, о путешествии по земле.

Сквозь разнообразный человеческий опыт лейтмотивом звучит одна — извечная — тема: духовный поиск. Он заключается в искании, получении откровения и следовании ему. Вызовы и препятствия, неизбежно возникающие на этом пути, кажутся неотъемлемой его частью и служат укреплению и уточнению духовных ценностей.

Огромное количество людей — независимо от возраста, — кажется, потерянно идут по жизни, потому как еще не получили свое откровение. Они не решились заглянуть вглубь себя, и поэтому оказались без руководящей поддержки со стороны старших и духовных наставников. Откровение нельзя получить, играя в игры, сидя перед телевизором или за компьютером. Я искренне верю, что тихое времяпрепровождение на лоне природы открывает перед нами гораздо больше возможностей. Моя история началась с путешествия по Аппалачской тропе. Думаю, что у каждого есть своя особая тропа.

Мне повезло. На пути своего духовного пробуждения, в самом начале, я встретил одаренного учителя по имени Медвежье Сердце — он и повел меня дальше. Часто наставник в твоей жизни появляется именно тогда, когда ты в этом больше всего нуждаешься. Однако не всегда это происходит так, как ты себе представляешь.

Когда отношения наши только начинали складываться, я спросил у Медвежьего Сердца разрешения написать о своем опыте. Он дал согласие и всячески поддерживал меня в этом, понимая, что писательское ремесло является частью моего призвания. Я попытался быть предельно тактичным и не стал упоминать полные имена тех, кто оказался на страницах этой книги. Мне не хотелось, чтобы отдельные персонажи привлекли к себе нежелательное внимание. Также сразу хочу извиниться, если где-то мне не удалось избежать прямых упоминаний. В конце концов, я попытался максимально правдиво — как это кажется мне — изложить историю опыта, которым необходимо поделиться с другими людьми. Возможно, отдельные части покажутся кому-то надуманными, особенно это касается периода тесного общения с Медвежьим Сердцем, но я старался передать атмосферу без купюр и прикрас — так, как все было на самом деле. Прошу лишь об одном: оставайтесь непредвзятыми, путешествуя по просторам этой книги.

Некоторые из старейшин и духовных наставников, упомянутых в этой книге, «вернулись домой», то есть их физические тела перестали существовать. И я надеюсь, что их послания и жизненный пример продолжат свой земной путь на этих страницах. Они и дальше будут вести нас по жизни, протягивая руку помощи из иных миров.

Для меня создание книги оказалось подобным родам. Последствия отдельных проникновенных опытов долго вызревали во мне, и когда настало время для написания, я в полной мере испытал не только радость, но и муки творчества. Теперь же я готов с чувством полного удовлетворения трепетно показать миру свое детище.


Выражение благодарности

Появление этой книги на свет было бы немыслимо без тех, кто помог мне осуществить странствия, описанные дальше. Эти люди не только прислушивались к моим откровениям, но и делились своими. Среди тех, кто поддерживал меня и кого я хотел бы особенно поблагодарить, были Стив Алдерсон, Тео Бейли, Мерит (Клаудия) Бейнбридж, Сандра Белл, Майнди Бендер, Мэтью Беннет, Урсула (Уилуа) Боутми, Роберт Глен Брекенридж, Хал Брилл, Шарон (Сьера) Брукнер, Иринео Кабрерос, Сюзанна (Шмидт) Карлсон, Мэри Каварок, Ральф Кобб, Том Кокрелл, Эладон Дагсон, Энн Девенпорт, Чип Девенпорт, Уилл Фьюдман, Рон Гринлайт Гриффит, Дабни Хаммер, Эрик Харминкхаузер, Барбара Гиршковиц, Ким Хаббелл, Синди Хант, Джон Джексон, Присцилла Джонсон, Эдди Лонг, Джерри Лансфорд, Ал Майер, Эрик Столлер Манн, Мария Маркуссен, Элис Месси, Джон Монтроуз, Орел Завтрашнего Дня, Лесли (Гудвумен) Натансон, Дейв Норберг, Авраам (Койот) Новик, Сара (Эллисон) Новик, Эйприл Пердю, Майкл Пердю, Лесли и Псалм Поллак, Индиго Андреа Раффель, Эй Джей Ричардсон, Робин Риске, Дейл Робинсон, Джули Роджерс, Уотер Садаускас, Джо Шеттер, Марк Секман, Микель Шолен, Энтони Силва, Сюзи Сталь, Кэтрин Стэнли, Ли Ли Эммидон Саттон, Рут Тонашель, Кельвин Трамплейжа, Стюарт Трегонинг, Виктория Трегонинг, Дебби Тайсон, Эрик Уайт, Рози Уайт и Йохан Форхольцер. Они — люди самых разных занятий и пристрастий — пришли в мою жизнь из самых разных мест, и я рад, что могу назвать их своими друзьями. Спасибо вам.

Также хочу выразить глубокую благодарность своей семье за теплую поддержку: моей жене Синди и дочери Шайен; моим родителям Джону и Дженни; моим братьям и их женам — Дейву и Саре, Стиву и Хуа, а также Алексии, Гарету и Джо. Я благодарю семьи Барнума, Олмстеда и Рудо. Вы были крайне добры ко мне все эти годы, и мои авантюры вряд ли увенчались бы успехом без вашего участия.

Многие думают, что книга закончена тогда, когда дописана последняя страница. Но это только начало. Я благодарю людей из издательства «Квест Букс», особенно Ричарда Смоли и Шерон Дорр — за чуткое руководство и тонкую редактуру. Шерон сделала немало гениальных предложений и умело поставила передо мной ряд вопросов, над которыми пришлось поломать голову, но в итоге наша совместная работа вылилась в очень гармоничное завершение этого текста.




Часть I

Зов откровения

Глава 1

Передача эстафеты

Ощущение легкой тревоги постепенно накатывалось на меня. Я проделал почти половину пути по Аппалачской тропе, и к этому моменту мои компаньоны, не выдержав, решили поскорее вернуться домой. Я и сам, признаться, был готов «отдохнуть» от дороги. Через три дня в Данканоне, Пенсильвания, меня должны встретить родители, но следующие сорок с лишним миль1 мне предстоит пройти в одиночку. Для восемнадцатилетнего парня три дня одиночества подобны вечности...

Я изранил себя всего, пока карабкался по крутым каменистым склонам Мейна и Нью-Хемпшира. Мне пришлось перейти вброд несколько бурных ручьев и Кеннебек — реку с широким руслом и каменистым дном. Волю мою подстегивали также не прекращавшиеся несколько дней дожди и тучи насекомых — тля, комары, песчаные мушки... Сквозь все эти препятствия мы шли вместе — я и мои друзья, разделяя все радости и горести кочевой жизни. Теперь же я остался один, и вместе с уединением ко мне пришло чувство молчаливой подавленности. В душе снова вспыхнули воспоминания о потерянной любви — самое серьезное переживание со времен школы. Даже тысяча миль, пройденных пешком, не смогла погасить этот юношеский пожар.

Я пытался переключиться на что-то другое. Рядом не было никого, кому я мог бы излить душу, никто не слушал меня и не кивал понимающе, и тогда я заговорил сам — заговорил с камнями и деревьями, с долинами и вершинами гор, насекомыми и ястребами. Все это было для меня олицетворением Создателя. Я обнажил пред ним свою душу без остатка. И в какой-то момент ощутил, что меня слушает некто, некая форма сознания.

Земля отвечала мне на том же языке, на котором говорит река, чьи воды бегут по горным камням, или ветер, прибивающий к земле стебли травы. Постепенно выкристаллизовалось осознание, что я не один. Пришло очень чистое чувство, ощущение единства со всем вокруг. Я замедлил шаг. Дыхание было глубоким и полным, и все чаще я стал останавливаться, чтобы окинуть взором долины, простирающиеся внизу; я смотрел вверх, на кроны деревьев, на бегущие вдали речные потоки, на парящих в небе пернатых хищников. Жизнь входила в меня отовсюду, пропитывая каждую частицу моего существа. Вскоре я уже не просто видел землю перед собой, но мог буквально чувствовать ее всю, словно сознание мое расширилось на многие мили вглубь и по сторонам света.

После нескольких часов движения моему внутреннему взору открылось виде$ние, образ человека примерно тридцати лет на фоне синих гор, говорящего перед собравшимися рядом людьми. Я ощутил прочное духовное единство с ними, присутствие Коренной Америки, сопричастность к некой экологической миссии. Я точно знал, что говорил этот человек, и даже проговаривал вслед за ним отдельные слова. Но что более важно, я ощущал силу его послания: «Защити природу и объединись с нашими индейскими братьями и сестрами, вернись в лоно традиционной культуры».

Вскоре я узнал в этом человеке себя. В будущем. Это моя миссия, мое призвание? Обращаться к людям от имени Природы?

Этот образ не покидал меня на протяжении всего долгого пути до Джорджии. Я осознал свое призвание, но не имел ни малейшего представления о том, как именно мне удастся последовать ему.

Спустя несколько месяцев по возвращении в Таллахасси, закончив свой путь снежным ноябрьским утром у подножия гор Спрингер, меня неудержимо потянуло вновь ощутить покой, открывшийся тогда, на Аппалачской тропе, и тогда я решил посетить места своего отрочества. Мой путь был к озеру Стюарт, очень живописному и близкому моему сердцу — оно располагается всего в нескольких кварталах от моего дома и меньше чем в паре миль от Капитолия Флориды. Одно время на западном его берегу стоял детский сад, но с его закрытием окрестности озера вновь обрели свое прежнее дикое обличье — повсюду росли высокие сосны, пальмы, замшелые клены, ликвидамбары, водяные дубы, душистые ивы и восковницы. Сладковатый аромат зелени был настолько густым, что я мог буквально ощутить себя в его объятиях.

Я подумал, что окрестности этого пруда могли бы стать моим Вальденом2, тихой гаванью благоразумия вблизи от дома. Подобные места часто становятся важными ориентирами в жизни человека, так же, как и вехи на туристической тропе. Люди вокруг меняются. Ты меняешься вслед за ними. Но некоторые места, кажется, остаются неизменными вечно. И когда возвращаешься к ним, становится очевидным, как сильно ты изменился со времен последней с ними встречи. На миг тебе открывается дорога в будущее.

Покидая заросшие зеленью берега озера, я обратил внимание на торчащие повсюду черно-белые таблички: «Участок 1», «Участок 2», «Участок 3»... Если ничего не предпринять вовремя, вскоре здесь начнется строительство и озерцо исчезнет за кварталами однообразных домов. Я решил не терять ни минуты и вечером того же дня начал кампанию по сохранению озера. Вскоре письма-предупреждения о сохранении озерка уже были на полпути в администрацию парка, к городским комиссарам, редакторам газет и руководителям экологических движений. Я разносил по почтовым ящикам листовки и газеты, звонил всем, кто мог хоть как-то повлиять на ситуацию. Я даже связался с владельцами озерка, умоляя их отдать территорию или хотя бы ее часть парку... Но это не принесло никаких плодов. И все-таки вскоре мой телефон стал разрываться от звонков — на мой зов откликнулось множество людей, желавших принять участие в этом деле. Телевизионные каналы и прочие СМИ также начали проявлять интерес. Дело спасения и защиты озера Стюарт неожиданно быстро сдвинулось с мертвой точки.

В итоге все это вылилось в митинг перед зданием городского комитета Таллахасси. Членам комитета предлагался на рассмотрение вопрос приобретения озера и его окрестностей площадью около двадцати акров3. Я нервно готовился к встрече. Прежде мне не приходилось выступать перед публикой, не считая школьных уроков. И от одной мысли об этом на руках моих проступал холодный пот.

Вечером перед встречей я решил просмотреть местные новости, и с ужасом наткнулся на газетные фотографии с изображениями желтых бульдозеров, расчищающих первый участок около озера Стюарт. Сверкающее металлическое лезвие бездушного механизма вонзилось в мое сердце. Времени было ничтожно мало, а возможно, уже и было поздно что-то решать. Полные досады, мы с отцом отправились на встречу с представителями городского совета. Устроившись на неудобных металлических стульях, мы дослушали несколько заключительных минут очередного заседания, на котором разбирались совсем иные вопросы. Кроме нас на встречу пришло всего несколько человек — те, кто жил максимум в квартале от озерка. В этой горстке людей сложно было увидеть энтузиастов с горячим сердцем.

Когда председатель комиссии, наконец, дошел до «нашего» пункта повестки дня, я был совершенно разбит — мне казалось, что я едва могу выговорить свое имя, максимум — вспомнить адрес... Я нервно посеменил в сторону трибуны, руки мои дрожали... Быстро и неуверенно я попросил комиссию выкупить территорию пруда и защитить этот оазис природы. На большее меня не хватило. Все, что я так тщательно планировал высказать, осталось лежать мертвым грузом на бумаге.

Члены совета приступили к обсуждению вопроса. Большинство согласилось в том, что предлагаемая цена — 400 тысяч долларов — слишком высока и фактически в четыре раза превышает оценочную стоимость. Кроме того, в округе были и другие парки с поросшими тиной прудами, и местные жители, движимые исключительно благими намерениями, закормили на них редкий вид уток черствыми корками, что привело к массовому ожирению птиц и поставило этот вид на грань вымирания.

Когда папку с делом уже собирались закрыть, в зале поднялась женщина немногим старше меня. «Я бы хотела высказаться по этому вопросу», — заговорила она негромко. Мэр предоставил ей пять минут. Ее звали Гленда. Она очень эмоционально и красноречиво рассказала о том, как выросла в этих местах, как наблюдала строительство и разрушение «зеленых зон», и как хотела бы приводить к берегам озера своих племянников, показывая им природу Флориды. Ее слова проникли глубоко в меня, она смогла выразить все то, что я думал о Земле, о важности гармоничного сосуществования с природой, о необходимости сохранения озера Стюарт для будущих поколений.

Прямо там, на собрании, не в силах сдержаться, я начал плакать. Во время похода по Аппалачской тропе мне открылось мое предназначение в этом мире, но одно дело — знать о нем, и совсем другое — воплощать в жизнь. Последний раз прилюдно я плакал, когда мне было семь лет — во время просмотра сцены смерти матери Бэмби на телеэкране. Гленда продолжала отстаивать любимый мной уголок природы, а я в слезах уткнулся в плечо отцу. И до сих пор благодарен ему за то, что он не оттолкнул меня с позором. Ее речь вызвала более оживленные дебаты среди членов совета. Один из них, долговязый мужчина по имени Бен Томпсон, принял нашу сторону. Ощутив проблеск надежды, я оторвал лицо от отеческого плеча и вытер слезы.

К сожалению, после непродолжительной борьбы мы проиграли дело. Озеро Стюарта пополнило список оазисов, ушедших в небытие под натиском «прогресса». Со слезами я поклялся себе стать искусным защитником Матери-Земли и не позволять эмоциям и волнению сковывать речь, идущую из глубины сердца. Возможно, совсем рядом другой Вальден стоит на грани погибели и ждет помощи.

Через неделю после слушаний я отправился в пеший поход через национальный заповедник Апалачикола вместе с членами Ассоциации путешественников Флориды, и на пути мы встретили Бетти Уоттс — бесстрашную седовласую женщину и, по совместительству, автора книг, живущую на природе. В местной газете ей попалась небольшая заметка по делу об озере Стюарта. Она была довольно-таки активным участником Сьерра-клуба, и посоветовала мне не терять оптимизма и не опускать рук. Позже Бетти пригласила меня к себе на ужин. Она щедро угостила меня изумительно запеченной курицей и душистым яблочным пирогом, после чего заговорила в привычном для себя ключе.

— Знаешь, с годами я совсем не молодею, да и память начинает шалить, — начала она немного грустно. — Мне нужен преемник, кто-то, кто сможет занять мое место в клубе. Ты бы смог?

— Я?.. — пробормотал я. — Но я понятия не имею, что нужно делать.

— Об этом не беспокойся, — заверила она. — У тебя для этого все есть, — она коснулась моего сердца морщинистой рукой. — Все остальное придет само собой...

Этот момент был в высшей степени архетипичным — старший передает младшему эстафету.

Поборов нервную дрожь и смятение, я дал согласие. Бетти быстро составила список неотложных дел, требующих незамедлительного решения. Через несколько дней я уже разъезжал по штату, встречаясь с чиновниками местного и федерального уровня, обсуждая с ними вопросы сохранения естественных парков и заповедников Флориды. Я даже инициировал кампанию по сохранению местных заповедников от вырубки лесов...

Так стало воплощаться в жизнь видение, данное мне во время похода по Аппалачской тропе, но воплотил я его пока лишь наполовину. В том походе ко мне пришло явственное ощущение присутствия традиционной индейской культуры. Что это было? Как мне найти коренных американцев там, где их нет? Я продолжал отстаивать права дикой природы, а сам терпеливо ждал своего часа.



следующая страница >>