Быть человеком - korshu.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Быть человеком - страница №1/1


МОУ СОШ №9

Быть человеком


(по творчеству А.Г. Харламова)

Работу выполнила Алехина Ирина

Ученица 11 класса

Руководитель Богданова Л.Ф.

Учитель русского языка и литературы

2007 год


Россия! При этом слове у каждого человека возникает в памяти дорогой и близкий ему уголок земли русской. У одного – это крутой косогор, поросший желтыми одуванчиками, и голубая, без устали журчащая речка, где прошло его босоногое детство, у другого – огромный шумный цех завода, где он впервые почувствовал силу и весомость гордого имени – рабочий. У меня же Россию олицетворяет Ставрополье, мой поселок Новокавказский.

Мой край… Он прекрасен и велик. Невозможно охватить взором его необозримые просторы. Это не только моя малая Родина, где я родилась и живу, он – вся моя жизнь, мои мысли и чувства, моя любовь, моё «малиновое поле», глоток целебного воздуха, опора и надежда. Как хорошо, что у каждого человека есть свой уголок, любимый и единственный, которого ничто в мире не заменит.

Прекрасны его поля и леса. Пыль веков, поднимая ветром обстоятельств, зачастую имеет запах горя, неудач, печали и утрат. Но угадываются и другие веяния. Они придавали и придают первопереселенцам, коренному населению, многим поколениям больше веры в доброе завтра, прибавляли опыта, знаний. Люди, живущие на ставропольской земле, стали терпимее, мудрее. Они умели в прошлом, умеют и в настоящее извлекать уроки из прожитого, избавляться от ошибочного. Имена многих из них составили плеяду замечательных пионеров в больших и малых делах, совершенных в моем крае. Ожерелье этих имен – непреходящая гордость поселка, района, края.

Гремит на весь мир слава о чистокровных ахалтекинцах, выведенных на местном конезаводе. Богатая история и культура, роскошная природа вдохновляют местных мастеров, поэтов, художников композиторов на творчество.

Не раз на многих сценах района и края выступал фольклорный ансамбль «Сударушка», которому в этом году исполнилось 10 лет. На вечерах поэзии, уроках литературы звучат стихи выпускников школы Терентьевой Виктории, Толкачева Сергея, ученицы 5 класса Иванец Юлии, учителей местной школы Долматовой М.И., Колыванова В.В., главного агронома конезавода А.Г. Харламова.

Литература Старополья создается здесь, у нас, на нашей земле. Писатели и поэты освещают исторические события, происходящие в нашем крае, рассказывают, какие замечательные люди живут на Ставрополье, выражают свою любовь к родной земле.

Что для кого пишет поэт - это вопрос древний.

Должно быть, возник он вместе с поэзией. Собственно, так и проверяется истинность творчества, его непреходящая ценность. Поэт и гражданин. Надо ли поэту – избраннику судьбы – быть ещё и гражданином? Об этом задумывались крупнейшие поэты России. Они искали истину, хотели понять, в чем их долг перед совестью, перед народом.

Правда, жизни, правда, истории вписались в одну песню в творчестве моего земляка Александра Григорьевича Харламова. Его поэзия от поля, знойной страды, от кузни и стригалей, от яблоневого сада, лазориков и родников.

Харламов Александр Григорьевич родился 31 мая 1952 года на хуторе Среднем Александровского района. В 1969 году окончил школу, поступил в Минераловодское училище, получил специальность электромонтажника. В 1970 году уехал на БАМ, работал в Иркутской области, служил командиром танка в Монголии. После возвращения из армии, поступил в Ставропольский сельскохозяйственный институт на агрономический факультет. С 1979 года живет и работает в поселке Новокавказском в качестве инженера-гидротехника, инженера-химика, управляющего I отделения, а с 1988 года и по сей день главного агронома ПКЗ «Ставропольский». Пользуется заслуженным уважением близких, коллег, жителей поселка. Свободное время любит проводить с семьей, сыновьями, внучкой, писать стихи. С удовольствием общается с начинающими поэтами, выступает на вечерах в школе и местном ДК, печатает стихи в районной газете «Александровская жизнь»

Сердце поэта – территория любви, её не может занять ни один десант. Это пламенная песня, которую пришёл спеть на землю поэт.

Сердце поэта – это ещё и вершина, поднявшаяся до самого неба, на неё не подняться человеку, не знающему цену чести, подвигу, любви.

Сердце поэта – это отчая родина с её слезой и улыбкой, белыми ресницами ромашек и звездами на темном небе.

Тематика поэзии Харламова разнообразна: тема малой родины и войны в Чечне, памяти и отчего дома, тема труда и судьбы тружеников земли русской, любви и философского осмысления пульса времени. Свежесть чувства, удивительная чистота отмечают его стихи.


Я шёл вчера изъезженной дорогой

И думал: к чему мне дальше жить?

Лихая юность осталась за порогом,

Седая старость душу не манит.


Избитый мыслью – подошел к ответу

И дверь открыл в последнее «прости».

И вдруг услышал: «Мама, давай дождемся деда,

Он обещал мне мячик принести».


И я пошел за мячиком, за нитью,

За смыслом жизни, за последним я,

Спеши успеть к последнему открытию,

Понятию – живу не для себя.

(«Нить жизни»).

Жить не для себя, быть человеком, гражданином, идти в ногу со временем – лейтмотив творчества поэта.

Некогда Сергей Есенин сказал своему другу: «Знаешь, почему я поэт? У меня – родина есть! У меня – Рязань! Нет поэта без родины».

Понятно, речь идет об особой «поэтической родине» - сумме впечатлений, полученных от близкой, кровно родственной поэту области жизни. В «жизненный состав» Александра Харламова, с самых первых, детских впечатлений, вошло его родное Ставрополье – наглядная даль, где вокруг всё степи да степи. Впечатления эти – только родничок, давший жизнь большой поэтической реке. Память о детстве ведет его от собственной биографии к истории страны и народа.


Великая, просторная, дикая,

Полынным ветром душу овевая,

Мня зовет свободно душу петь.

В тон ковыля, бегущего волнами.

В чабровую, шалфеевую даль,

Где в полночь звезды ластятся с холмами,

В туманную укутываясь шаль.

(«Степь»)

Степь радостная, светлая, полная звуков и запахов. Это не регистрация примет, а радостное прославление жизни, ликование духа, покоренного красотою мира.

Любуясь особенностями деревенской жизни, картинами природы, поэт стремится не только донести до читателя свою радость от увиденного, а передать, заразить ощущением полноты и красоты жизни. Светлый и радостный колорит оказывается преобладающим.


Под трепет крыльев жаворонок звонкий

Ей гимн поет и будит мою степь.

Парит орёл кругами одиноко,

Объединяя жизнь в себе и смерть.


Падет роса – знак чистоты в небесье,

Расправит лист тюльпан от полусна

И зазвучит рожденью жизни песня:

«Весна в степи весна».

(«Степь»)

Родная земля дала Александру Харламову народный взгляд на жизнь, наделила мудростью, теми представлениями о добре и зле, о правде и кривде счастье и несчастье, которые вырабатывались в течение столетий. Ему не надо было искать путей к душе народа – он сам часть его.

Проникновенные строки посвятил поэт родному посёлку, который стал для него всем: началом всех начал, источником вдохновения. Сколько прекрасного увидел он во время «пеших» прогулок, поездок по полям, сколько сделал открытий! Заворожен красотой с детства. Впитав с молоком матери язык своей земли, Александр Харламов стремится поведать читателю свои думы и чаяния, своё восхищение.
Бледнеет ночь – прикован взгляд к востоку.

Природа замерла перед рожденьем дня,

И околдованному оку является

Дочь Солнца – дочь Заря.


Природа неразрывно связана с деревней, ибо только сельский житель способен так её одухотворять. Это мир живой и думающей природы, в котором всю жизнь жил поэт и который он гостеприимно распахнул для нас. Любовь поэта к Ставрополью целомудренная, постоянная, беспокойная. Он воспевает полноту и радость жизни.

Где бы он ни был, он никогда не уходил от своей земли. Далекое и родное становилось ему ближе.


Я бы тоже уехал, кем не знаю, но стал бы,

И, наверно, бы жил там не хуже, чем здесь.

Только как поменять тополя мне на пальмы,

Только как сохранить перебежчику честь.


Как оставить могилы отца мне и деда,

Им сказать: «Я на пасху к вам не приеду.

И по сроку не лягу вашим соседом»,

Как сказать: «Где мне лучше, я там и живу»

(«Отчизна»)

Александр Харламов – хлебороб. Он часто задумывается над тем, какой ценой нам достается хлеб. Он символ мира и труда. Об этом хорошо сказал поэт – простой русский человек, землепашец, который больше и лучше всех знает цену этому продукту:


Хлеб – лишь там, где труд до пота,

Где немало бессонных ночей,

Хлеб лишь там, где на совесть работа,

где все главное – и нет мелочей.


Хлеб – это труд хлебороба,

Это напряжение всех его сил.

Хлеб – государства высшая проба.

На силу, на прочность, на благо, на мир.

(«Хлеб»)

Как в кино проплывают нелегкие дни уборки хлеба, дни титанического труда. Трудно бороться с непогодой, которая грозит гибелью спелым колосьям. Автор уважает и ценит людей, которые из года в год, выходят в поле, совершая настоящий подвиг, чтобы на столах у людей всегда был мягкий, теплый хлеб.


Его быть достойным – великое счастье,

Ранним утром созревший колос сорвать

И подумать, как все же прекрасно

Сеять хлеб, его вырастить, сжать.

(«Хлеб»)

Лирический герой – хозяин в этом мире, он неотделим от него. Автор свято верит в вечную справедливость и добро.

По складу поэтического дарования Александр Харламов – романтик, лирик. Стихи его философичны, в них автор размышляет о прошлом и настоящем, о смысле и полноте жизни, истинных ценностях. Они лаконичны, сжаты, оточены.
Есть белый и есть черный цвет –

Две крайности, два ограниченья.

А между ними основной букет –

Различное цветов переплетенье.


К тому клоню, что жизнь из парадоксов,

Что в ней решенье – часто компромисс.

И вечен перед нами знак вопроса:

Где взлет, а где – паденье вниз.

(«Есть белый и есть черный цвет»)

Ключевые образы лирики Харламова – степь, память, совесть, человек.

С помощью поэтического слова поэт стремится показать читателю, как богат человек. Душа каждого землянина – это целая планета или, по крайней мере, огромный дворец. однако далеко не каждый эту планету обживает, познает, наслаждается. Для поэта – это богатство, эта духовность жизни связана с понятием отечественной культуры.

Особое внимание у поэта к Есенину. И не только потому, что он любимый поэт, а потому, что похожие интонации звучат в их стихах: чистая грусть об ушедшей юности, счастье возвращения на родную землю, любовь к матери, Раздумья о Родине, о месте человека в жизни.


Я приду, когда осыпет цветом

Лунный май вишневые сады.

У крыльца охапками букетов

Сирени белой расцветут кусты.

Упаду перед домом на колени,

Обветшалым стенам поклонюсь,

По замшелым стареньким ступеням

На крыльцо родное поднимусь.

(«Есенинский мотив»)

Стихи о загадке мироздания, о предназначении на земле человека мы называем философскими. И таких стихов у Александра Харламова немало. Их отмечает строгость формы, лаконизм, особенная сгущенность смысла, сжатого в тесное пространство восьми или даже четырех строчек.


Не бойтесь смерти вы своей!

Что – смерть?

Она - успокоенье.

Куда как хуже взгляд людей,

Вам вслед направленный с презреньем.
Поэт воспевает стойкость человека, его красоту и благородство. Но одновременно он пишет и о том, что за эту человеческую красоту и – в конечном счете – за счастье необходимо бороться. Чтобы через всю свою жизнь, с юных лет, человек достойно нес это гордое звание.
Три дела должен делать я уметь,

В пути в своем в трех соснах разобраться:

Как жить достойно,

Как так же умереть

И как таким в умах людей остаться.
Никогда не имела бы магической силы лирика Александра Харламова о родной земле, если бы он за этой «малой» родиной не сидел «большой». Конечно, он воспринимает Родину глубже, и шире, гордиться мощью своей страны, её необъятностью, вместе со всеми переживает беды, ошибки. Так родились стихотворения «Спитак», «Позор войны – Чечня», «Письмо жене с погибшего Курска».

Погибшие завещали живым верность Родине, солдатскому долгу, веру в победу. И, увязая в грязи раскисших чеченских дорог, под свинцовыми дождями, когда часто было «до смерти - четыре шага», бойцы делали все дело «с дальним прицелом».

По-разному влияет война на людей. Одни грубеют и ожесточаются. Другие же, напротив, не только проникаются высоким духом фронтового братства, но и вообще становятся более человечными, более чуткими к людям и ко всему окружающему нас миру.

Снег седины мне на голову выпал,

По душе пробежал мороз,

Будто кто-то муку насыпал

На курчавость моих волос.

Не сужу, мне судить сверхстыдно,

Дуболистьев с петлиц листопад.

просто очень, очень обидно

За себя и за них, за ребят.
Пусть всё судят войны этой вдовы,

Кто лишился нежданно мужей,

Матери, что ночами, как совы,

У собак крали прах сыновей.

(«Позор войны – Чечня»)

У поэта много стихов о любви – чистой, трепетной, романтической. Любовь – поэтическое состояние души, она сродни вдохновению. Любовь способна (как в доброй сказке) превратить обреченную на кашу тыкву – хрустальную карету, а маленькую замарашку Золушку – в необыкновенную красавицу. Продлив это чувство, распространить его за пределы кратковременного состояния души наперекор житейской прозе, обыденности – вот за что ратует поэт, оберегая это чувство от пошлости.


Рисует мне воображенье

Не наяву, а вполусне

Твоей руки прикосновенье

И нежный шёпот в тишине.


«Вот я пришла, любимый, здравствуй!

Ну вот и рядом я с тобой».

Глаза открою – в окно глазастый

Смеется месяц молодой.


Лучшие стихи Александра Харламова обрели признание – прочное, заслуженное. Они нашли путь к человеческому сердцу и стали необходимы как задушевная песня. В определенные, значительные в жизни моменты именно стихи способны перевести на особенный выразительный язык все то, что, невысказанное, дремлет в тебе, беспокоит, мучает. Потребность в любви, в красоте, в поэзии жива в каждом. У человеческой души есть и слух, и зрение, но они могут притупиться, душа может оглохнуть и ослепнуть. И поэт идет к нашей душе, расколдовывая препятствия, убирая препоны, чтобы пробудить в нас «чувства добрые».
Мои дни – корабли

каждым утром снимаются с пирса

И куда-то плывут

в непонятный судьбы горизонт.

Ни один не сумел

в мою жизнь возвратиться

И сказать, что меня

впереди моем ждет.


Я гружу в корабли

свою радость и горе,

Что я сделать сумел

и что сделать не смог,

Уплывают они

в бесконечное море,

Оставляя мне волны

прожитых тревог.



Совесть


Нам кажется, что жизнь продлится вечно,

Что всё, что хочешь,

Можно в ней творить.

Но миг проходит и видишь путь конечный

Ту малость, что осталось жить.
И все, что раньше было,

В единый выливается предел.

То, где твоя совесть победила,

И то, где ты её преодолел.


Теряют смысл деньги, связи,

С самим собой стоишь наедине.

Что оставляешь лужу грязи,

Или добро напомнить о тебе.


И хорошо, что в самоочищенье

Мы сознаем, что жизнь суета

Тогда лишь дарит наслажденье,

Когда и совесть как родник чиста.




СТЕПЬ

Великая, просторная, дикая,

Рукой людей неласканная степь.

Полынным ветром душу овевая,

Меня зовет свободно песни петь.
В тон ковыля, бегущего волнами

В чебровую, шалфеевую даль,

Где в полночь звезды лащатся с холмами,

В туманную укутываясь, шаль.


Бледнеет ночь,

Прикован взгляд к востоку.

Природа замерла перед рожденьем дня,

И околдованному оку

Является дочь Солнца – алая Заря.
Под трепет крыльев жаворонок звонкий

Ей гимн поет и будит мою степь.

Парит орел кругами одиноко,

Объединяя жизнь в себе и смерть.


падет роса – знак чистоты в небесье,

Расправит лист тюльпан от полусна.

И зазвучит рожденью жизни песня:

«Весна, в степи весна!»




Письмо жене


с погибшего «Курска»
Я приду, потому что нельзя уходить,

Навсегда не простившись с домом,

Я приду, потому что мечтал с вами жить.

И получше, и по другому.

Я вернусь, ты только засни…

Я тебя в твоем сне расцелую.

И прости, если можешь, прости,

Но не плачь, я от плача тоскую.

Береги меня там, где меня уже нет:

У березки, где вместе стояли,

На скамейке, где утром встречали рассвет,

На перине, где рядышком спали.

Я приду, потому что нет забвенью места,

расскажу, почему я вчера не пришёл.

Ты была самой лучшей женой и невестой –

Той, которую в мире одну я нашел.

Ты не плачь – я волнуюсь когда тебе плохо…

За меня и себя сына всем одари,

Потому что он – я и не будет другого

Доказательства нашей живущей любви.

Ты не плачь. Это только дорога… дорога…

В ней бывает, чего и не может-то быть.

Я любил тебя, я вчера разговаривал с Богом

Он сказал: умереть не грешно, грешно все забыть.

Ты не плачь, жаль, что так получилось,

Что расстались с тобой мы не там и не в срок.

Сделай все, чтобы внуки наши учились

Понимать, где живет в их разумности Бог.

Ты не плачь и со и мной не прощайся на вечность.

Будет время и место увидеться в круге ином.

Просто я уходя, оставляю с тобой свое сердце.

И тепло, что мне дал наш приветливый дом.


Первая любовь

Вот и утро.

Тают звезды.

Месяц льдинкою к закату спешит.

Серебрятся ленивые волны,

А под ними песок полусонный шуршит.

И влюбленный мальчишка

С девчонкою рядом

Не находит слова объяснений в любви.

А она на него смотрит ласковым взглядом

И глазами кричит «Говори!»
** ** ** ** **

Рисует мне воображенье

Не наяву, а в полусне

Твоей руки прикосновенье

И нежный шёпот в тишине

«Вот я пришла, любимый, здравствуй!

Ну вот и рядом я с тобой»

Глаза открою – в окно глазастый

Смеется месяц молодой.
** ** ** ** **

Три дела должен я уметь:

В пути своем, в трех соснах разобраться;

Как жить достойно, Как так же умереть.

И как таким в умах людей остаться.
** ** ** ** **
Не бойтесь смерти вы своей.

Что смерть?

Она – успокоенье.

Куда как хуже взгляд людей,

Вам в след направленный с презреньем.
** ** ** ** **
Когда б за ложь

Язык всем отрезали,

То б наши на Руси

Правители молчали.




СПИТАК

Всего мгновенье до роковой черты,

Но нет волнения в преддверии беды.

Единственной назначено свиданье,

Которому, увы, не быть.

Тоскует женщина

В великом ожиданье,

Но ей не суждено дитя родить.


Склонился врач над тяжело больным –

Он только что исправил ему сердце,

Казалось, заменил своим,

Но от судьбы им некуда не деться.

Альбом листает старая вдова,

В войну погибших перечисляя внуку,

Мгновенье, его переживет ока,

А он к глазам едва поднимет руку.
Вошёл учитель в свой любимый класс,

и улыбнулись маленькие люди.

Смотрите здесь всё в последний раз –

Через мгновенье города не будет.



Позор войны – Чечня.
Седины снег мне на голову выпал,

По душе пробежал мороз,

Будто кто-то муку посыпал

в кучерявость моих волос.


Не сужу, мне судить сверхстыдно,

Дуболистьев с петлиц листопад.

Просто очень, очень обидно

За себя и за них, ребят.


Пусть всё судят войны этой вдовы,

Кто лишился нежданно мужей,

Матери, что ночами, как совы,

У собак крали прах сыновей.


Не сужу, мне судить не пристало,

Но по совести и по уму.

Командиры из комсостава,

Кто там смелый – дуло к виску.


Белый снег, ты накрой простынями

Всех, кто там сном отмученным спят.

Будет день, будет вишня с цветами

И повестки в военкомат.

** ** ** ** **
Есть белый и есть черный цвет,

Две крайности – два ограниченья,

А между ними основной букет –

Различные цветов переплетенья.

К тому клоню, что жизнь из парадоксов,

Что в ней решенья – часто компромисс.

И вечен перед нами знак вопроса:

Где верх, а где паденье вниз.



Есенинский мотив.
Я приду, когда осыпет цветом

Лунный май вишневые сады.

У крыльца охапками букетов

Сирени белой расцветут кусты.


Упаду пред домом на колени,

Обветшалым стенам поклонюсь.

По замшелым стареньким ступеням

на крыльцо родное поднимусь.


Где меня мать старенькая встретит,

Приобнимет ласковой рукой,

Седину мою позаприметит,

По душе мне разольет покой.


И набросит вышитую скатерть,

И поставит самовар на стол,

И слезу украдкою припрячет,

Отвернувшись, в ситцевый подол.


Всё как будто тоже, что и было

Старый пруд, заросший камышом,

И дорога, что тогда пылила,

Точно так пылит перед дождем.


Отгляжу, отдумаю, отплачу,

В дальний путь устало соберусь,

И как та заезженная кляча,

К большаку устало поплетусь.

НИТЬ ЖИЗНИ.

Я шел вчера изъезженной дорогой

И думал: к чему мне дальше жить?

Лихая юность осталась за порогом,

Седая старость душу не манит.
Избитый мыслью – подошел к ответу.

И дверь открыл в последнее прости.

И вдруг услышал:

«Мама, давай дождемся деда,

Он обещал мне мячик принести».

И я пошел за мячиком , за нитью

За смыслом жизни, за последним Я,

Спеша успеть к великому открытию

Понятию,- живу не для себя.

Не ломайте, люди, ветки на березах,

Не кружитесь птицей над чужим гнездом.

Не бывает счастья, счастья через слезы,

Если кто-то рушит и семью, и дом.

Улетел далеко с молодой жар-птицей.

Улетел за реки, за теплые моря.

А за дальней далью бьётся голубица,

И глядят с испугом подростки – сыновья.

Что же ты наделал голубь сизокрылый,

О любви подумал только о своей,

Кто же даст им силы, кто сынам даст силы

От земли подняться в стаю голубей?

Кто в мороз и стужу их крылом прикроет,

Кто от хищной птицы собой их защитит?

Почему им снится, каждой ночью снится

Папа. Он хороший. Он скоро прилетит.

БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ.


Нет хуже зверя на земле

Того, что каждый миг во мне

Ведет неравный, трудный бой

За право властвовать душой.


Вобрал в себя он все пороки:

Надменность, алчность, лень, жестокость

И там, внутри, на глубине

Сидит и смотрит – «что во мне».

Добро ли, зло ли побеждает,

Все на весах определяет,

Всему свой тайный пишет счет

И только той минуты ждет.


Когда зла будет половина

Тогда взлетит он самый верх

И все – окончена картина,

Пред вами я - не человек.



ОТЧИЗНА

Я бы тоже уехал, кем не знаю! но стал бы

И, наверно, бы жил там не хуже чем здесь,

Только как поменять тополя мне на пальмы,

Только как сохранить перебежчику честь.
Как оставить моголы отца мне и деда,

Им сказать: « Я на Пасху к вам не приеду,

И по сроку не лягу вашим соседом»,

Как сказать: «Где мне лучше, я там и живу».


По полям не бродить мне от детства знакомым,

В камышовых прудах карасей не ловить,

Бросив старых друзей, там искать себе новых

И на принципах долга – там сына учить.


Понимаю одно – камень в пропасть летящий

С полпути не способен обратно взлететь.

Так и каждый из нас – совесть раз потерявший,

Непременно её будет дальше терять.


Я за тех, кто своих убеждений

Не меняет, смотря на часы,

Я за тех, кто с былых поколений

Не снимает, смакуя, трусы.


Я за тех, кто остался и будит

Совесть в наших чумных головах,

Кто Россию себя больше любит

И счастливой её видит во снах.



МОИ ДНИ - КОРАБЛИ

Мои дни - корабли

Каждым утром снимаются с пирса

И куда-то плывут

в непонятный судьбы горизонт.

Ни один не сумел

В мою жизнь возвратиться

И сказать, что меня

впереди моем ждет.

Я кружу в корабли

свои радость и горе,

Что я сделать сумел

И что сделать не смог,

Уплывают они в бесконечное море,

Оставляя мне волны

прожитых тревог.

И всё чаще друзей

Я веду по каютам,

Говоря на прощанье:

«Вам пухом земля»

И всё меньше тот приз,

Где я нужен кому – то

И всё меньше людей,

тех, кто любит меня.

Слишком мало моих

кораблей у причала.

Скоро сам на последний по трапу взбегу.

Будет жизнь продолжаться

извечно сначала

Лишь не будет меня



на её берегу.